#букавы #майншилд
×××
К двери больничного туалета ведёт выразительная такая дорожка из накаповшей крови. Клайд осторожно входит внутрь, стараясь не заляпать ботинки. В углу нелепой кляксой валяется больше-не-белый халат, пол весь перепачкан. А возле раковины уставшая сгорбленная фигурка, у которой на ногах одни трусы да обувка. Стоит замыливает брюки. Трёт хозяйственным мылом так будто бы уже и не особо надеется спасти. Пена в раковине тоже красная, и помятый свитер красный, и лужа скопившеяся на полу. Всё в лучших традициях какого нибудь слэшера.
– Тяжёлый вызов? – Клайд резко обозначает себя в пространстве, наконец то начиная существовать в контексте кровавого туалета. Клэш на него дёргается, будто бы только заметил, удивлённо хлопает глазами и почти сразу возвщает своё внимание к брюкам.
– Типа того.
Клайд критично прослеживает траекторию падения краснеющей воды из раковины на пол, предвкушая ругань уборщиц.
– Чё там? Резня, пьянь, бытовуха, наркоманы?
– Хуже, – у Клэша в голосе раздражение борется с усталостью – Идиоты.
Он быстро ополаскивает мыло от красных следов. Оглядывает брюки каким то смирившимся взглядом и начинает выжимать. Клайд тяжело вздыхает, подходя ближе и облокаяиваясь о не занятую раковину.
– Ну?
– Бензопила, – по слогам, как приговор произносит Клэш. Клайду становится понятнее, но некая раздражительность не уходит. Их вот то хуй заткнешь, то хуй чё вытянешь.
– Бензопила, – повторяет Клайд, но по вызову решает больше ничего не дёргать, – Где Ви?
– Оформляется.
Брюки выглядят жалко и очень грустно. Все помятые, где-то не отошла кровь, тёмные от влаги. Клэш плюёт и натягивает их прямо так. Свитер запачкан не так сильно и его он старается замочить не снимая – встаёт на цыпочки и оттягивает подол в раковину. Движения механические и Клайд не уверен, как хорошо у того сейчас работает мозг. Сам Клайд плохо помнит, но подобный вызов у молодого вот только недавно на скорой Клэша впервые. Подобная реакция само собой разумеющееся. Клайд делает себе мысленную отметку расспросить Виверну, как тот отреагировал.
Клэш выжимает и свитер. Тоже не снимая. Встречается с собственным лицом в отражение и тяжко вздыхает. Трёт пряди волос между мокрыми руками и умывается. Поднимает халат и выжимает его, не утруждая себя отмывкой. С Клайдом они выходят в гробовой тишине. Клэш залипает куда-то в коридор, куда обычно спешно заезжают каталки, и можно представить, что у него в голове.
– Думаешь, выживет?
Клэш дёргается и морщится, резко отвечает:
– Не знаю, моё дело довезти. Что там дальше не моя забота.
Это кажется напускным. По крайней мере Клайду. Он думает об этом, выцепляя возле регистратуры копну рыжих волос поверх тоже-уже-не-белого халата.
– Скоро домой?
Клэш кивает. Даёт себе две секунды, а потом резко прибавляет в шаге, окликивает Виверну. Клайд провожает его не читаемым взглядом.
×××
К двери больничного туалета ведёт выразительная такая дорожка из накаповшей крови. Клайд осторожно входит внутрь, стараясь не заляпать ботинки. В углу нелепой кляксой валяется больше-не-белый халат, пол весь перепачкан. А возле раковины уставшая сгорбленная фигурка, у которой на ногах одни трусы да обувка. Стоит замыливает брюки. Трёт хозяйственным мылом так будто бы уже и не особо надеется спасти. Пена в раковине тоже красная, и помятый свитер красный, и лужа скопившеяся на полу. Всё в лучших традициях какого нибудь слэшера.
– Тяжёлый вызов? – Клайд резко обозначает себя в пространстве, наконец то начиная существовать в контексте кровавого туалета. Клэш на него дёргается, будто бы только заметил, удивлённо хлопает глазами и почти сразу возвщает своё внимание к брюкам.
– Типа того.
Клайд критично прослеживает траекторию падения краснеющей воды из раковины на пол, предвкушая ругань уборщиц.
– Чё там? Резня, пьянь, бытовуха, наркоманы?
– Хуже, – у Клэша в голосе раздражение борется с усталостью – Идиоты.
Он быстро ополаскивает мыло от красных следов. Оглядывает брюки каким то смирившимся взглядом и начинает выжимать. Клайд тяжело вздыхает, подходя ближе и облокаяиваясь о не занятую раковину.
– Ну?
– Бензопила, – по слогам, как приговор произносит Клэш. Клайду становится понятнее, но некая раздражительность не уходит. Их вот то хуй заткнешь, то хуй чё вытянешь.
– Бензопила, – повторяет Клайд, но по вызову решает больше ничего не дёргать, – Где Ви?
– Оформляется.
Брюки выглядят жалко и очень грустно. Все помятые, где-то не отошла кровь, тёмные от влаги. Клэш плюёт и натягивает их прямо так. Свитер запачкан не так сильно и его он старается замочить не снимая – встаёт на цыпочки и оттягивает подол в раковину. Движения механические и Клайд не уверен, как хорошо у того сейчас работает мозг. Сам Клайд плохо помнит, но подобный вызов у молодого вот только недавно на скорой Клэша впервые. Подобная реакция само собой разумеющееся. Клайд делает себе мысленную отметку расспросить Виверну, как тот отреагировал.
Клэш выжимает и свитер. Тоже не снимая. Встречается с собственным лицом в отражение и тяжко вздыхает. Трёт пряди волос между мокрыми руками и умывается. Поднимает халат и выжимает его, не утруждая себя отмывкой. С Клайдом они выходят в гробовой тишине. Клэш залипает куда-то в коридор, куда обычно спешно заезжают каталки, и можно представить, что у него в голове.
– Думаешь, выживет?
Клэш дёргается и морщится, резко отвечает:
– Не знаю, моё дело довезти. Что там дальше не моя забота.
Это кажется напускным. По крайней мере Клайду. Он думает об этом, выцепляя возле регистратуры копну рыжих волос поверх тоже-уже-не-белого халата.
– Скоро домой?
Клэш кивает. Даёт себе две секунды, а потом резко прибавляет в шаге, окликивает Виверну. Клайд провожает его не читаемым взглядом.