Воображаемая близость к страданиям других, внуша­емая изображениями, предполагает связь между далекими страдальцами - показанными вблизи на телеэкране, - и при­вилегированным зрителем. Но связь эта - мнимая, это просто еще одна аберрация касательно наших истинных отноше­ний с властью. Поскольку мы сочувствуем, мы не считаем себя соучастниками того, что причиняет страдания. Сочувствуя, мы объявляем и о нашей невиновности, и о нашем бессилии. В этом смысле (при всех наших благих намерениях) сочув­ствие может быть реакцией неуважительной, а то и неумест­ной. Отставить сочувствие к людям, попавшим в горнило войны, и вместо этого задуматься о том, что наши привилегии и их страдания находятся на одной карте и могут быть взаи­мосвязаны (как именно, нам, быть может, и вообразить не захо­чется) так же, как богатство одних может существовать за счет нищеты других, - вот задача, которую еще только приоткры­вают перед нами эти мучительные, тревожащие картины.

Сьюзан Сонтаг, из книги "Смотрим на чужие страдания"