Иней окружает постепенно пространство действия, а потом
оплетает глаголы места и перемены. И подобно звуку начала
в левом углу, пульсирующем порогом прямоугольным намеренья,
отражение смыкается и размыкается, как белого листа зона, порождающая
несовпадения.
Не объясняй мне. Не описывай. Не пытайся мне доказать. Представь,
что здесь меня не было. И ты стоишь на октябрьском ветру
и улица едва удерживает равновесие.

(Аркадий Драгомощенко. “В перемещеньи значения судеб...”)