#oxybook
Нора Галь – «Слово живое и мёртвое»
Нора Галь была переводчиком английской и французской литературы на русский язык. Именно в её переводе я полюбила «Маленького принца» Сент-Экзюпери и даже не заметила имени переводчика на форзаце. Просто не обращала внимания на эти имена, хотя они считаются не менее важными, чем имена писателей.
«Перед теми, кто читает его на родном языке, писатель отвечает сам. За переведённого автора в ответе переводчик. И если замысел автора и самый его облик искажены, если хорошая книга в переводе получилась скучной, а большой писатель – неинтересным, значит переводчик поистине варвар и преступник».
В истинности этих слов я убеждалась весь последний месяц, пока читала «Слово живое и мёртвое» – труд Норы Галь, посвящённый удачным и неудачным примерам употребления слов. И не только в переводной или русскоязычной литературе, но и в газетных статьях.
«В газетном очерке о большом художнике сказано: он «рано приобрёл знаменитость». Приобрести можно известность, художник же сам – знаменитость либо стал знаменитым».
В своей книге Нора Галь пишет о тех проблемах языка, которые были свойственны ему в 50-70-х годах. И знаете, что самое поразительное? Прошло больше полувека, а ничего кардинально не изменилось. Может быть, даже стало хуже. Потому что количество непрофессионалов, которые подбирают неверные слова в книгах, сценариях или СМИ увеличилось. И порой даже сложно понять, какое слово что обозначает и как нужно писать правильно. Ей-богу, я в правильности «также» и «так же» уже иногда сомневаюсь.
«Слово живое и мёртвое» необходимо прочитать всем, кто дотошно работает с текстом – редакторам, корректорам, журналистам, писателям, переводчикам. Но также (здесь, вроде, всё правильно) эта книга станет полезной для тех, кто просто хочет сделать свою речь чище, ровнее, богаче. Потому что «Слово живое и мёртвое» – это не чёткий свод правил. Это, скорее, книга про здравый смысл, о котором многие забывают. А почему забывают? Потому что канцелярит выглядит солиднее простого и понятного слова. А ещё канцелярит умеет напустить туману в текст автора, который боится сболтнуть лишнего или не знает конкретики.
«По сведениям, поступавшим из разных источников» – это не сообщение ТАСС, это говорит живой человек! Почему же не сказать живым человеческим языком: Как я понял по рассказам, как рассказывали мне разные люди»…
Несмотря на то, что я согласна не со всем, что написано в этой книге, так много страничек я не загибала никогда. И в который раз убедилась, что надо слушать, прежде всего, себя. Подчиняться внутреннему «саморедактору», который не просто говорит о том, как правильно писать с точки зрения орфографии или пунктуации, а ещё и подсказывает, какое слово вернее вставить для соблюдения настроения текста, его темпоритма и характера того или иного героя книги.
«Как известно, нет слов плохих вообще, неприемлемых вообще: каждое слово хорошо на своём месте, впору и кстати».
Нора Галь – «Слово живое и мёртвое»
Нора Галь была переводчиком английской и французской литературы на русский язык. Именно в её переводе я полюбила «Маленького принца» Сент-Экзюпери и даже не заметила имени переводчика на форзаце. Просто не обращала внимания на эти имена, хотя они считаются не менее важными, чем имена писателей.
«Перед теми, кто читает его на родном языке, писатель отвечает сам. За переведённого автора в ответе переводчик. И если замысел автора и самый его облик искажены, если хорошая книга в переводе получилась скучной, а большой писатель – неинтересным, значит переводчик поистине варвар и преступник».
В истинности этих слов я убеждалась весь последний месяц, пока читала «Слово живое и мёртвое» – труд Норы Галь, посвящённый удачным и неудачным примерам употребления слов. И не только в переводной или русскоязычной литературе, но и в газетных статьях.
«В газетном очерке о большом художнике сказано: он «рано приобрёл знаменитость». Приобрести можно известность, художник же сам – знаменитость либо стал знаменитым».
В своей книге Нора Галь пишет о тех проблемах языка, которые были свойственны ему в 50-70-х годах. И знаете, что самое поразительное? Прошло больше полувека, а ничего кардинально не изменилось. Может быть, даже стало хуже. Потому что количество непрофессионалов, которые подбирают неверные слова в книгах, сценариях или СМИ увеличилось. И порой даже сложно понять, какое слово что обозначает и как нужно писать правильно. Ей-богу, я в правильности «также» и «так же» уже иногда сомневаюсь.
«Слово живое и мёртвое» необходимо прочитать всем, кто дотошно работает с текстом – редакторам, корректорам, журналистам, писателям, переводчикам. Но также (здесь, вроде, всё правильно) эта книга станет полезной для тех, кто просто хочет сделать свою речь чище, ровнее, богаче. Потому что «Слово живое и мёртвое» – это не чёткий свод правил. Это, скорее, книга про здравый смысл, о котором многие забывают. А почему забывают? Потому что канцелярит выглядит солиднее простого и понятного слова. А ещё канцелярит умеет напустить туману в текст автора, который боится сболтнуть лишнего или не знает конкретики.
«По сведениям, поступавшим из разных источников» – это не сообщение ТАСС, это говорит живой человек! Почему же не сказать живым человеческим языком: Как я понял по рассказам, как рассказывали мне разные люди»…
Несмотря на то, что я согласна не со всем, что написано в этой книге, так много страничек я не загибала никогда. И в который раз убедилась, что надо слушать, прежде всего, себя. Подчиняться внутреннему «саморедактору», который не просто говорит о том, как правильно писать с точки зрения орфографии или пунктуации, а ещё и подсказывает, какое слово вернее вставить для соблюдения настроения текста, его темпоритма и характера того или иного героя книги.
«Как известно, нет слов плохих вообще, неприемлемых вообще: каждое слово хорошо на своём месте, впору и кстати».