28.01.22
фарфоровые кристаллы лжи рассыпаются и трескаются об пол
хруст снега под ногами напоминает хруст стекла в сердце
какую силу мне нужно приложить,
чтобы твое сердце вновь разбилось на миллион осколков?
несчастные люди дарят мне свои последние алые рубины, вскрывая вены,
вырезают синие сапфиры из слез своих:
не волнуйтесь,
пути господни неисповедимы.
я теряю и обретаю себя заново каждое столетие,
в моем голосе больше нежности, чем полегло людей на фронте,
в моих глазах больше жестокости, чем было пролито материнских слез за вековую войну.
с детства не знаю ни печалей, ни радостей: удобно, когда забываться нечему.
я беру тебя под руку,
мы кружимся под второй вальс шопена в день,
когда золотистая листва впервые коснулась сырой земли.
я буду хранить эту осень,
как хранят культурное наследие истинные патриоты,
как бережно хранят люди мои идеи в сердцах своих.
посмотри же в мои глаза.
посмотри и скажи,
примешь ли ты ещё одну ложь так,
как принимали дети христа плоть и кровь его?
фарфоровые кристаллы лжи рассыпаются и трескаются об пол
хруст снега под ногами напоминает хруст стекла в сердце
какую силу мне нужно приложить,
чтобы твое сердце вновь разбилось на миллион осколков?
несчастные люди дарят мне свои последние алые рубины, вскрывая вены,
вырезают синие сапфиры из слез своих:
не волнуйтесь,
пути господни неисповедимы.
я теряю и обретаю себя заново каждое столетие,
в моем голосе больше нежности, чем полегло людей на фронте,
в моих глазах больше жестокости, чем было пролито материнских слез за вековую войну.
с детства не знаю ни печалей, ни радостей: удобно, когда забываться нечему.
я беру тебя под руку,
мы кружимся под второй вальс шопена в день,
когда золотистая листва впервые коснулась сырой земли.
я буду хранить эту осень,
как хранят культурное наследие истинные патриоты,
как бережно хранят люди мои идеи в сердцах своих.
посмотри же в мои глаза.
посмотри и скажи,
примешь ли ты ещё одну ложь так,
как принимали дети христа плоть и кровь его?