Катер должен был забирать нас с Кильдина в Териберку ранним утром, но в тот последний день на острове я почему-то проснулся намного раньше будильника. Поворочался, пытаясь поймать ещё несколько десятков минут сна, но так и не сумел провалиться обратно. Тогда я стянул с глаз маску, очень выручавшую в бесконечный полярный день, и вылез из палатки.
В тот момент меня окатила идея этого трека про Кильдин - про его тишину и забвение, яркий расцвет и долгое молчаливое увядание. Я ходил по берегу, записывал на диктофон телефона шум волн, шорох гальки под ногами, крики сотен местных птиц, и надиктовывал этот возникший в голове образ, чтобы не забыть его и восстановить максимально подробно.
Инструментал приходил долго, а ещё дольше проект лежал в архиве, дожидаясь, пока я доведу его до ума. Но вот, наконец, посвящение заброшенному Кильдину выходит в свет.
29 мая, в эту пятницу.
В тот момент меня окатила идея этого трека про Кильдин - про его тишину и забвение, яркий расцвет и долгое молчаливое увядание. Я ходил по берегу, записывал на диктофон телефона шум волн, шорох гальки под ногами, крики сотен местных птиц, и надиктовывал этот возникший в голове образ, чтобы не забыть его и восстановить максимально подробно.
Инструментал приходил долго, а ещё дольше проект лежал в архиве, дожидаясь, пока я доведу его до ума. Но вот, наконец, посвящение заброшенному Кильдину выходит в свет.
29 мая, в эту пятницу.