Октябрь, 1976.
🅰️егодня снова это чувство: будто я натянутая струна. С одной стороны — прохлада каменных стен Слизерина, их молчаливая, надменная устойчивость. С другой — бесконечный, изматывающий шум всей этой толпы за пределами гостиной. Иногда мне кажется, я слышу его даже сквозь толщу воды за окнами.
Утро началось с урока зельеварения. Слизерин против Гриффиндора, как обычно. Я отмерил сушеную мандрагору с той точностью, которую одобрил бы любой циферблат,краем глаза наблюдая,как ученики носятся от одного места к другому,ища ингредиенты. Забавно.
После обеда — полет над озером. Это единственное время, когда струна внутри меня немного ослабевает. Холодный воздух бьет в лицо, метла послушна малейшему движению запястья, внизу — только темная, неподвижная гладь и отражение облаков. Красота в ней есть — суровая, безличная. Никаких глупых улюлюканий, никаких командных кличей. Просто скорость, тишина и контроль. Полный контроль.
За ужином в Большом зале Крауч уселся рядом. Он говорил о Пожирателях. Тихо, конечно, почти без движения губ. Его глаза горели тем особым огнем, который я стал замечать всё чаще. Он говорил о силе, о порядке, о том, чтобы положить конец нынешнему… беспорядку. Его слова были как отголоски мыслей, что уже крутились у меня в голове, но были облечены в более уверенные, острые формулировки. Мы, чистые, — опора этого мира. Мы должны сохранить наше наследие, защитить его от тех, кто размывает и профанирует всё, к чему прикасается. Когда он говорил, я ловил на себе взгляды некоторых старшеклассников. Взгляды уважительные, оценивающие. Я — Блэк. Не то что тот, выбросивший своё имя на помойку. Со мной считаются. Это придает вес.
Но потом, уже в спальне, глядя на зеленоватый свет за окном и тени проплывающих рыб, это чувство вернулось. Ожидание. Как будто я стою на краю огромной, темной двери, за которой слышен ропот. Крауч и другие уже переступили порог. Сириус, дурак, танцует под солнцем на другом конце поляны, специально закрывая глаза на надвигающуюся ночь. А я… я всё взвешиваю. Каждый шаг должен быть безупречным. Каждое решение — окончательным. Здесь, в Хогвартсе, всё еще есть условности, расписание, домашние задания. Это словно последняя репетиция, последняя проверка перед тем, как начинается настоящая пьеса.
Я открываю учебник по защите от темных искусств. Завтра контрольная. Мои записи безукоризненны. Всё должно быть безукоризненно. Всегда.
🅰️.🅰️.🅰️
#MEMORIES