▭ׅ࣪𝇌ׄ 𓈒 𝘚𝘠𝘔𝘉𝘐𝘖𝘚𝘐𝘚 ” 𝙎𝙊𝙐𝙆𝙊𝙆𝙐 𝙀𝙉𝘿𝙂𝘼𝙈𝙀 ׅʾʿ 𝆭 𓆇︩︪ 𞥊 ּ੭ׂ 𞥊 ׅ ⋄ ׂׅ 

мьюшки,прошу репостнуть. мне сейчас безумно нужна активная аудитория.

рт.

◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️

TW: РПП, непринятие своего тела, врачи.

Дождь за окном барабанил по стеклу, монотонный ритм отражаясь в тревожном сердцебиении Чуи. Он сидел напротив Дазая, в кожаном кресле, которое казалось слишком мягким, слишком уютным для его беспокойного состояния. Осаму, в своем неизменно элегантном костюме, наблюдал за ним с непринужденной, почти безразличной улыбкой, но в его глазах Накахары улавливал что-то большее, чем просто профессиональное любопытство.

"Итак, Чуя-кун," начал Дазай, его голос был мягким, словно шепот, " Вы снова пропустили ужин?"

Накахара сжал кулаки, его костяшки побелели. "Я не голоден," — процедил он сквозь зубы, стараясь, чтобы его голос звучал твердо, но дрожь в нем выдавала его страх.

Осаму неторопливо склонил голову, его улыбка не менялась, но выражение его глаз стало серьезнее. "Чуя-кун, ваш вес продолжает снижаться. Это не просто отсутствие аппетита, это... что-то большее."

Накахара отвернулся к окну, пытаясь скрыть покрасневшие глаза. Вид ночного города, мерцающего огнями, ничуть не успокаивал его. Он знал, что Дазай прав. Это не просто диета, не просто контроль за фигурой. Это способ подавить собственную боль, собственное чувство беспомощности. Это способ хоть как-то контролировать свою жизнь.

"Я... я в порядке," — пробормотал Чуя, его голос был едва слышен.

Осаму встал, обойдя стол, остановился рядом с Чуей. Не ожидая этого, Накахара почувствовал, как напряжение в плечах усилилось. Дазай не касался его, но его присутствие было слишком ощутимым.

"В порядке? Чуя-кун, вы едва можете стоять на ногах. Ваша кожа слишком бледная, глаза – впалые. Вы думаете, я не вижу этого? Я вижу не только физические симптомы, я вижу глубокую, скрытую боль за ними". Его голос был необычайно серьезным, лишенным обычной иронии.

Накахара молчал, его гордость боролась с признанием собственной слабости. Он всегда был сильным, независимым, неуязвимым. Признание собственной зависимости от чего-то… от кого-то… было равносильно поражению. И он был поглощён своим собственным телом.

Рука Осаму ненавязчиво легла на спинку кресла Накахары. "Я не собираюсь судить вас, Чуя-кун. Я хочу помочь. Вы боретесь не с едой, а с чем-то гораздо глубже." Его взгляд был полон понимания, которого Чуя никогда не ожидал от этого человека.

Накахара посмотрел на него. В его глазах отразилось и понимание, и… надежда? Впервые за долгое время он почувствовал не осуждение, а сочувствие. Возможно, признаться в своей слабости не так страшно, как он думал. Возможно, даже необходимо. Дождь за окном усилился, но в комнате, казалось, стало немного светлее.

#зарисовки. 🌹
#соукоку. 🥀
#чейз. 🔥

◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️
◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️

Снег за окном падал густо, завораживающе, окутывая мир в пушистое, белое одеяло. Внутри небольшой, уютной комнаты царила теплая, почти интимная атмосфера. Чуя сидел у окна со спицами в руках, окутанный мягким светом закатного солнца. Его пальцы, обычно такие ловкие и жесткие, сейчас двигались с удивительной плавностью и нежностью, переплетая нити мягкой, кашемировой пряжи цвета глубокой морской волны. Он вязал шарф для Дазая – подарок на Новый год.

Пряжа, мягкая и теплая, словно обещание уюта и защищенности, послушно подчинялась его умелым рукам. Он выбрал этот цвет неслучайно – глубокий, насыщенный синий, оттенок волн, отражающих вечернее небо. Этот цвет, по мнению Накахары, подходил Осаму, с его загадочной и сложной натурой, его скрытой глубиной, которую так трудно разгадать, но которую Чуя так хорошо знал.

В тишине комнаты слышался только тихий скрип спиц, словно нежный шепот, и легкое потрескивание камина, который уютно потрескивал в углу, рассыпая теплые искры по комнате. Каждый стежок, каждая петля были пропитаны любовью и заботой. Это был не просто шарф, это был кусочек его души, вложенный в теплую, пушистую пряжу. В каждом переплетении нитей Чуя вкладывал все свои чувства – нежность, трепет, уважение, и, конечно же, глубокую, скрываемую за жестким фасадом, любовь к Осаму.

Он представлял себе Дазая, как он будет носить этот шарф, как мягкая шерсть будет согревать его шею в холодные зимние дни. Ему виделись моменты их совместной жизни: шумные споры, тихие вечера, загадочные взгляды, нежные прикосновения. Все это переплеталось в его сознании, словно узор на вязанном шарфе.

Внезапно, он почувствовал чье-то присутствие. Чуя обернулся и увидел Дазая, стоящего в дверях, освещенного закатным солнцем, его фигура казалась удлиненной и призрачной. Он подошел ближе, и Накахара почувствовал его тепло, его запах табака и чего-то еще, что-то интимного и искренне родного.

— Что ты делаешь? — тихо спросил Осаму, его голос был хрипловат и мягче, чем обычно.

Накахара улыбнулся, его сердце забилось немного быстрее. — Вяжу шарф, — ответил он, показывая свою работу. — Для тебя. На Новый год.

Дазай подошел ближе, его взгляд упал на темно-синюю пряжу, на изысканный узор косичек. Он провел пальцем по мягкой шерсти, словно ощущая тепло, заключенное в ней.

— Спасибо, Чуя, — прошептал Осаму, его голос был наполнен нежностью и уважением. Он наклонился и поцеловал Накахару в лоб, легкий, нежный поцелуй, в котором отразилась вся глубина их чувств. Чуя закрыл глаза, наслаждаясь моментом, понимая, что лучшего подарка на Новый год он и пожелать себе не мог. Этот шарф, связанный с любовью и нежностью, стал символом их неразрывной связи, связи, которую не разорвать ни временем, ни расстоянием.

зарисовка написана по моему новогоднему хедканону,где упоминалось, что Чуя бы предпочёл сделать подарок своими руками—к примеру, шарфик!
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
◻️◻️◻️◻️ ◻️ ◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️
#соукоку. 👼
#зарисовки. 🌼
#чейз. 🌼
#комфорт.🤎

◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️

Утро, еще не окрепшее, просачивалось сквозь щели занавесок, рисуя на стенах спальни призрачные полосы алого и золотистого. Воздух, пропитанный предрассветной прохладой и едва уловимым ароматом влажной листвы, проникал в лёгкие, пробуждая их от дремоты. Дазай Осаму, освобождаясь от объятий сна, небрежно отбросил одеяло, его движения были ленивыми, но точными, словно движения опытного фехтовальщика. Чуя Накахара,лежавший рядом, ещё крепче сжался в клубок, его дыхание, ровное и спокойное, едва шевелило прядь тёмных волос, упавших на подушку.

— Чуя, проснись, солнце уже встаёт, — прошептал Осаму, голос его был хрипловат от сна, но звучал мягко, как шелест осенних листьев. Он осторожно коснулся кончиков пальцев руки, лежащей на его груди. Кожа Чуи была прохладной и гладкой, словно полированный оникс.

Накахара промычал что-то невнятное, прижимаясь ближе. Дазай улыбнулся, наклоняясь, чтобы поцеловать его в висок. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, как прикосновение крыла бабочки.

— Коты ждут, — продолжил он, поднимаясь. — А иначе они устроят нам настоящий концерт под окнами.

Чуя, наконец, открыл глаза, его взгляд был ещё сонный, но в нём уже играла забавная ирония. — И что, мы обязаны развлекать их каждое утро? Ты превращаешься в благотворительную организацию для бездомных кошек, Осаму.

— Это не благотворительность, а инвестиции в хорошее настроение, — отпарировал Осаму, уже надевая пальто. — Подумай, удовольствие от их мурлыканья бесценно. Да и разве ты не рад этим маленьким пушистым диктаторам?

Накахара, растягиваясь на кровати, не стал отрицать очевидное. — Не настолько, чтобы вставать так рано. Но ради тебя… — Он надел свой темно-серый свитер, контрастирующий с бледностью его кожи. — Хорошо, пошли. Но если они решат сегодня устроить бунт…

Они вышли из квартиры, корзинка с кормом уютно и бережно располагалась в руках Осаму. Утро уже вовсю расцветало, раскидывая по небу яркие краски. Заброшенный скверик встретил их тишиной, лишь едва слышный шелест листьев нарушал спокойствие. И тут же, словно по команде, из-за кустов и деревьев появились коты, разнообразные и бесстрашные, словно маленькие хищники, наслаждающиеся утренней прохладой.

— Смотрите, кто здесь, — сказал Чуя, немного развеселившись, наблюдая за игрой кошек. Он взял кусочек корма и, наклонившись, протянул его к рыжему коту с белым пятнышком на груди. Кошка терлась о его руку, мурлыкая басом.

— Видишь, Дазай? Они меня любят, — улыбнулся Чуя, наблюдая, как Осаму смеётся, рассыпая корм для остальных. — Они знают, кто самый лучший.

— Конечно, — Осаму одарил его лукавым взглядом. — Они ценят нашего заботливого спонсора.

Они провели так полчаса, наслаждаясь тишиной, умиротворяющим мурлыканьем кошек и взаимным обществом. В этом маленьком мирке, среди рассветных теней и пушистых созданий, их сложные отношения обретали удивительную простоту и нежность, подобную нежному соприкосновению двух душ, нашедших друг друга в утреннем свете.

#чейз. ☕
#зарисовки. 🤩
#соукоку. 🤎
#комфорт. 🌟

◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️

Осаму—племянник Чуи.
Чуя—его любящий дядя, который читает ему стихи на французском перед сном

Мягкий свет ночника отбрасывал на стены детской причудливые тени. Дазай, в пижаме цвета ночного неба с вышитыми белыми звёздочками, сидел на кровати, поджав ноги. Его карие глаза, обычно искрящиеся озорством, сейчас смотрели с любопытством на мужчину, расположившегося в кресле рядом.

Чуя, одетый в простую темную футболку и джинсы.В руках у него был старый потрепанный томик в кожаном переплете.

"Ну что, готов слушать, сорванец?" – голос Накахары, обычно резкий и грубый, звучал сейчас мягко, с едва уловимой теплотой.

Осаму кивнул, не отрывая взгляда от книги. Он обожал эти вечера, когда дядя Чуя читал ему на ночь. Особенно на французском. Звуки этого языка казались ему чем-то волшебным, музыкальным.Он не понимал ни одного слова,которые срывались с уст Чуи,но это было не важно. Голос дяди, его интонации, ритм слов, – всё это завораживало его.

Накахара открыл книгу на закладке,где остановился в прошлый раз, вдохнул и начал читать:

" *Le ciel est, par-dessus le toit,
Si bleu, si calme!
Un arbre, par-dessus le toit,
Berce sa palme.*"

Голос Накахары, немного хрипловатый, но при этом наполненный какой-то странной нежностью, наполнял комнату. Осаму прикрыл глаза, позволяя себе погрузиться в мир звуков. Он представлял себе голубое небо, тихое и спокойное, и дерево, качающее свою ветвь на ветру.

"*La cloche, dans le ciel qu'on voit,
Doucement tinte.
Un oiseau sur l'arbre qu'on voit
Chante sa plainte.*"

Маленький Дазай не понимал смысла слов, но он чувствовал их настроение. В его воображении звенел колокольчик, а маленькая птичка пела свою грустную песню на ветке дерева.

Он приоткрыл глаза и взглянул на дядю. Лицо Чуи было серьёзным, почти задумчивым. Он словно цитировал стихи из самой своей души. Осаму никогда не видел его таким.

"*Mon Dieu, mon Dieu, la vie est là,
Simple et tranquille.
Cette rumeur douce et là
Vient de la ville.*"

Он закрыл книгу и посмотрел на Дазая. Мальчик лежал, полностью погруженный в свои мысли, с едва заметной улыбкой на губах.

"Ну что, тебе понравилось?" – спросил он, голос его снова стал немного более грубым.

Осаму кивнул,его детская улыбка стала ещё шире.

"Очень." – прошептал он, и в его голосе слышалась искренняя нежность.

Чуя улыбнулся уголком губ. Ему было приятно. Он не был создан для воспитания детей, но почему-то именно этот маленький сорванец смог разбудить в нём какие-то тёплые чувства.

Он встал с кресла и подошёл к кровати.

"Ладно, спи, соня. Завтра у нас ещё много дел." – Накахара поправил одеяло и поцеловал Осаму в лоб.

Дазай, после этих слов, лениво перевернулся на другой бок, небрежно утыкаясь носом в подушку.

Чуя выключил ночник, и комната погрузилась в темноту. Маленький Осаму, засыпая под звуки французских стихов и тихий шепот ночи, думал о том, как ему повезло с таким необычным, но таким любящим дядей. И даже если он никогда не сможет понять смысла этих стихов, он всегда будет помнить теплоту голоса, который их читал. И возможно, когда-нибудь, он сможет прочитать их сам.

А Чуя, выйдя из комнаты, тихо прикрыл за собой дверь и усмехнулся. Он не понимал, почему, но именно для этого маленького мальчишки он готов был на всё. И даже читать стихи на французском.

примечание:зарисовка написана вчера,но всё никак не решался её выложить

#чейз. 📃
#зарисовки. 📖
#соукоку. 👕

обещал вам сегодня 3 зарисовки, но сегодня, похоже,не мой день. все пишу, пишу, да ничего мне не нравится. завтра у меня выходной день, возмещу всё в двойном размере!
#щп.

◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️◻️
Солнце, пробиваясь сквозь облачную дымку, лениво освещало взлетную полосу аэропорта. Ветер, порывистый и прохладный, трепал рыжие волосы Чуи, заставляя его недовольно хмуриться. Он стоял, упершись руками в бедра, и нетерпеливо поглядывал на табло, словно мог ускорить время одним лишь взглядом. Его чемодан, аккуратно поставленный у ног, казался инородным предметом в его обычно стремительной жизни. Он не любил ждать, но сейчас, казалось, был готов простоять здесь вечность.

В динамиках раздалось приглушенное объявление о прибытии рейса из-за границы, и сердце Чуи пропустило удар. В животе закрутился тугой узел, а ладони внезапно стали влажными. Он старался сдерживать волнение, сохраняя невозмутимое выражение лица, но внутри все трепетало от нетерпения. Он ждал. Ждал, как обычно, своего невыносимого, но такого нужного ему Дазая.

По мере того, как пассажиры один за другим начали выходить из зоны прилета, Накахара становился все более напряженным. Он вглядывался в каждое лицо, словно искал иголку в стоге сена. Он не знал, почему так переживает. Возможно, потому что они уже долгое время были вместе, возможно, потому что за время его отсутствия он понял, как ему его не хватало, а может, и просто потому, что это был Дазай, и с ним всегда все было по-другому.

Наконец, среди пестрой толпы показалась знакомая фигура. Бежевый плащ, развевающийся на ветру, растрепанные каштановые волосы, и эта неизменная, слегка насмешливая улыбка на лице. Осаму. Чуя почувствовал, как напряжение медленно покидает его тело, сменяясь волной облегчения и какой-то нежности, которую он не решался признать даже самому себе.

Дазай, заметив его, приостановился на мгновение, словно не веря своим глазам. Его улыбка стала шире, а взгляд, обычно озорной и лукавый, наполнился теплом и искренней радостью. Он ускорился, словно стрела, летящая к цели, и через несколько секунд оказался прямо перед Чуей.

И тут, словно все его сдерживающие барьеры внезапно рухнули, Накахара бросился к нему и крепко обнял. Он прижался к нему так сильно, словно боялся, что он сейчас испарится. Он уткнулся лицом в его плечо, вдыхая знакомый запах одеколона и чего-то еще, присущего только Осаму. Он почувствовал, как чужие руки, крепкие и теплые, обвивают его в ответ, сжимая в своих объятиях.

Внутри Чуи все сжалось от тепла и нежности. Он чувствовал, как отпускает все свои тревоги и переживания, словно они просто растворились в воздухе. Это был Осаму. Его Осаму, который вернулся, и сейчас они были вместе.

– Ты вернулся, – пробормотал он, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Да, Чуя, – ответил Дазай, его голос звучал глухо, но в нем слышалась та же теплота. – Я вернулся. Я тоже скучал.

Они стояли так, крепко обнявшись, словно два якоря, которые нашли друг друга после долгого шторма. Мимо проходили люди, торопливо катя свои чемоданы, но для них в этот момент не существовало никого, кроме них самих. Время словно замерло, и осталась только близость и та странная связь, которая всегда существовала между ними.

Наконец, Накахара отстранился от Дазая, но его руки все еще держали его за плечи. Он посмотрел в его глаза , ища в них подтверждения того, что они оба чувствуют одно и то же. И он нашел. В карих глазах Осаму отражались все его собственные чувства, его нежность, его облегчение, и, возможно, даже немного любви.

– Я рад, что ты вернулся, – проговорил Чуя, и на этот раз его голос звучал уже более уверенно.

– Я тоже рад, что вернулся домой, – ответил Дазай, и в его голосе проскользнула ирония. – Хотя, если честно, я не уверен, что это место можно назвать домом.

Чуя фыркнул, но не стал спорить. Он знал, что Дазай просто пытается скрыть свои истинные чувства за маской цинизма.

Они пошли к выходу из аэропорта, молча, но с каким-то новым ощущением близости. Дазай обнял Чую за плечи, и они вместе направились к машине, оставив позади шумную толпу и суету аэропорта.

#чейз. 🖤
#зарисовки. 🎁
#комфорт. 🦪
#соукоку. 🤍

Солнце лениво скользило по стенам нового дома, окрашивая их в теплые оттенки персикового. Воздух был наполнен ароматом свежей краски и едва уловимым запахом морского бриза, проникавшим через открытые окна. В гостиной, словно в эпицентре урагана, царил хаос из картонных коробок, разбросанных повсюду. Чуя, с рукавами засученными до локтей, методично разбирал их, выкладывая содержимое на полки и шкафы. Его рыжие волосы были растрепаны, а на лбу выступили капельки пота, но на его лице, как ни странно, было заметно умиротворение.

Он тщательно вынимал из коробок посуду, книги, одежду, обустраивая их новое общее пространство. Внезапно его рука наткнулась на что-то твердое и прямоугольное на дне одной из коробок. Это была старая, потрепанная коробка из-под обуви, доверху набитая фотографиями. Накахара замер, словно наткнулся на мину замедленного действия.

Он осторожно открыл коробку и принялся перебирать снимки, и его брови удивленно приподнялись. Это были их старые фотографии с Дазаем. Они были сделаны в разные периоды их жизни: первые годы в мафии, совместные миссии, беспечные прогулки по городу, и даже несколько снимков, сделанных во время их заграничных поездок. На этих снимках они были такими юными, такими неприкрытыми. Некоторые из них были размытыми, некоторые — выцветшими, но все они хранили отпечаток времени и их общей истории.

На одном снимке они стояли плечом к плечу, еще совсем подростками, с хмурыми лицами, полными юношеского максимализма. На другом они смеялись, обнимая друг друга, их глаза искрились весельем и беззаботностью. На третьем — сидели на берегу моря, утомленные и умиротворенные, смотря в горизонт.

Чуя осторожно вынул снимок из общей стопки. Это была фотография, сделанная в один из редких моментов их спокойствия: они сидели на крыше, под тёплым летним солнцем, Накахара читал книгу, а Осаму, лежа рядом, смотрел на него. На их лицах не было ни малейшего намека на обычное противостояние, только странное чувство близости и доверия. Чуя невольно улыбнулся, вспоминая тот день.

Его взгляд задержался на лице Дазая, и сердце в груди пропустило удар. Он был таким юным, беззаботным, и, как это ни странно, таким красивым. Чуя не мог вспомнить, когда он в последний раз видел его таким. Он бережно держал фото в руках, словно это был хрупкий цветок, и медленно огляделся по сторонам.

Осаму был в другой комнате, напевая себе под нос какую-то невнятную песенку и небрежно разбрасывая свои вещи. Чуя негромко позвал его:

– Дазай?

В ответ послышался приглушенный звук шагов, и через пару секунд в дверном проеме появился Осаму. Его каштановые волосы были растрепаны, а на лице, как обычно, красовалась загадочная улыбка.

– Что такое, Чуя? Ты уже закончил с разбором коробок? – спросил он, оглядывая комнату с легким недоумением.

– Нет, – ответили ему, протягивая ему фотографии, – Просто... посмотри на это.

Осаму взял фотографии из рук Чуи и принялся их рассматривать. Он пролистывал их одну за другой, молча и сосредоточенно, на его лице сменялись разные эмоции: удивление, грусть, легкая улыбка, задумчивость. Он не произнес ни слова, но Накахара видел, что эти снимки задели его за живое, затронули струны его души.

– Мы были такими... молодыми, – тихо произнес он, смотря на фотографию, где они впервые встретились в приюте. – Кажется, прошло целая вечность.

– Да, – согласился Чуя, садясь рядом с ним на пол. – И посмотри, какими мы были дураками.

Осаму усмехнулся и прижал фотографии к груди.

– Но, тем не менее, – сказал он, взглянув на Чую с какой-то теплой нежностью, – эти моменты важны. Они часть того, что сделало нас теми, кто мы есть сейчас.

Накахара кивнул и прислонился плечом к Осаму. Они сидели в тишине, погруженные в воспоминания, и впервые за долгое время, в их взглядах не было ни малейшего намека на ненависть. Только покой, умиротворение и та странная, неподвластная времени связь, которая всегда существовала между ними. Солнечный свет ласково обнимал их, словно благословляя их новое начало, наполненное теплом и любовью, которые они бережно хранили в своих сердцах.

#чейз. 📃
#соукоку. 📃
#комфорт. 👕

нас уже почти ◻️◻️◻️
спасибо вам за вашу активность, вы даёте нам огромную мотивацию писать свои работы, вести этот тгк дальше! цемкаю абсолютно всех👩‍❤️‍💋‍👨.
#чейз. 🤍

Звонок, возвещающий о начале пары, прозвучал где-то далеко, словно сквозь толщу воды. Дазай, с привычной небрежностью, закинул сумку на плечо, подхватил Чую под локоть.

— Ну что, дорогой партнер, нас ждёт новая порция лекционной скуки? — с напускным разочарованием произнес Осаму, уже направляясь в противоположную от аудитории сторону.

Накахара вздохнул, но вместо того, чтобы сопротивляться, он позволил себя вести, на уголках его губ играла едва заметная улыбка.
— Думаю, сегодня у нас найдутся дела поважнее, чем слушать профессора о физике бесполезной материи.

Дазай улыбнулся, его глаза загорелись озорным блеском.
— Какое совпадение, я тоже так думаю.

Они оказались в пустом коридоре, где единственным источником света были узкие окна, расположенные под самым потолком. Осаму, не сбавляя шага, завел Чую в ближайший туалет. Пустой, прохладный туалет пах чистящими средствами и чем-то неуловимо личным, принадлежащим только им.

Накахара прислонился спиной к прохладной плитке, его взгляд встретился со взглядом Осаму. Он же, в свою очередь, приблизился, его дыхание щекотало шею Чуи.
— Здесь нам точно никто не помешает, — прошептал он, его голос был мягким, полным обещания.

Накахара закрыл глаза, ожидая поцелуя. Он чувствовал, как рука Дазая легла ему на затылок, притягивая его ближе. И поцелуй последовал. Он был нежным, теплым, долгим, пропитанный чувством их собственной, маленькой тайны. Смысл в нём был не только физической близости, но и в запретности момента, в сладкой небрежности.

Когда поцелуй закончился, оба молча смотрели друг другу в глаза. На губах Чуи играла легкая улыбка, а в глазах Осаму отражалась вся нежность мира.

— Это было… очень мило, — прошептал Накахара, наконец прервав молчание.

— Это еще не конец пары, — с лукавой улыбкой прошептал Дазай. — Впереди у нас еще много дел.

И они снова слились в поцелуе, нежные и страстные, продолжая свой маленький побег от скучной повседневности в их сокровенном месте – в простом туалете университета. Счастье бывает в мелочах, не так ли?

#зарисовки. 👜
#чейз. 🤍
#соукоку. ☕