📣📣📣📣
«Выдохни, старина». Петр Кипа рассказал, как помогает лудоманам выбраться из зависимости
Бывший топ-менеджер BETBOOM теперь возглавляет АНО «Камбэк» — организацию, которая помогает лудоманам тяжелой формы. Мы решили разобраться, что это за организация.
🧷 : «Центр работает только с теми, кто осознанно хочет остановиться и «достиг дна». Как маркеру «дна» не стать точкой невозврата? Как понять, что человек готов к вашей программе, а не находится в минутной панике после проигрыша?»
9️⃣ : «Если обратившийся находится в состоянии даже временного испуга, то это не мешает нам начать оказывать ему помощь. “Дно” не означает, что человек должен полностью провалиться финансово, порушить все сферы своей жизни, изолироваться от других, совершать преступления ради денег на игру или т.п. “Дно” уникально, оно свое для каждого. А вот с желанием остановиться и осознанно пойти в программу помощи — вот с этим сложнее. Ложь, самообман, занижение нанесенного игрой ущерба, рационализация своих срывов и др. — все эти механизмы мешают посмотреть правде в глаза и сдаться, признавая, что игра больше не приносит удовольствия, игра истощила и подчинила человека, игра стала неконтролируемой и компульсивной».
🧷 : «Как в АНО «Камбэк» выстроена дифференциальная диагностика, и отказываете ли вы тем, у кого игровая зависимость — лишь симптом более тяжелой ментальной патологии?»
9️⃣ : «В первую очередь мы сфокусированы помочь тем, у кого проблемы с игрой. Химические зависимости — не наш профиль. Таким людям следует решать проблемы поступательно и начинать с отказа от алкоголя и ПАВ, если срыв на игру происходит в состоянии опьянения. А дальше мы готовы включаться. С депрессиями, маниями и др. состояниями принимаем, само собой, но расходы на корректирующие препараты на себя не берем. Если есть серьезный медицинский диагноз — тоже не к нам».
🧷 : «Существует ли в вашей методологии лимит «допустимых» срывов, после которого центр вынужден признать терапию неэффективной и прекратить работу с человеком?»
9️⃣ : «Срыв не надо воспринимать как что-то допустимое. Некоторые люди из срывов не возвращаются. “Нормального” количества релапсов не существует. Одного и того же человека мы берем к себе один раз в год. Если после работы с нами компульсивный игрок сорвался, то он уже будет знать доступные в его инвентаре инструменты для того, чтобы вернуться из срыва, чтобы оставаться в чистоте от игры, чтобы самостоятельно работать над собой. А так через год, конечно — вэлкам срывникам».
🧷 : «Ваша оценка в 180 тысяч лудоманов в России расходится с популярными в медиа цифрами порядка 13 миллионов человек. На какие именно исследования, внутренние метрики букмекеров или математические модели вы опирались, выводя эту цифру?»
9️⃣ : «Есть свежее исследование РБ, с цифрами в нем согласны как регулятор, так и ЕЦУПС. Напомню, что игроки букмекерских компаний с высоким риском зависимости составляют 2,6% от всех, кто совершал ставки в течение 2025 года. Относительно казино и других гемблинг-продуктов картина не так прозрачна, но мы это исправим».
🧷 : «Как на портрет и количество зависимых влияет потенциальная легализация онлайн-казино в России?Механика слотов вызывает более быструю и деструктивную компульсию, чем классический спортивный беттинг?»
9️⃣ : «Я выражу чисто свое мнение, которое может идти вразрез с мнениями аддиктологов, психологов, консультантов и др. Считаю, что если у человека есть предпосылки зависимого поведения, то так или иначе он впадет в ту или иную страсть. Казино — про быстрый дофамин и более агрессивную игру, ставки — про роль “навыков и знаний” и иллюзию контроля. Разница есть, но на дистанции для зависимого итог один».
🧷 : «Что бы вы сказали человеку, который в эту самую минуту сидит перед экраном телефона с открытым приложением БК и чувствует, что окончательно запутался?»
9️⃣ : «Выдохни, старина, открой наш сайт comeback.moscow и просто напиши нам».
🖇 Читайте полное интервью с Петром Кипой на сайте нашего проекта💸
Подписаться
