🔳🔳🥹 🔤ыли и побочные плоды. записки в дневнике написанные — чернилами, что не смываются от воды, — фиксировали не только добрые воспоминания, но и страх. в одной из записей игараси написал: “сегодня она посмотрела на меня, как на предмет, и спросила: “какой ты человек?” я не хотел лгать, поэтому сказал — “тот, кто наблюдает за тобой”. она засмеялась и тут же вздрогнула, как будто боялась собственного смеха.  “я записываю это здесь, чтобы, может быть, однажды нам было чего вспомнить”. там же были черновики стихов, маленькие мазки углём — её любимый рисунок, эскиз домена, который светился внутри

🔳🔳и всё же, где-то глубоко, в тех редких моментах света, она находила — понимание, что её сила не проклятие одиночества, а мост. в одной из самых тихих ночей, когда мави запела ту самую старую мелодию у её окна, тса’лиа вспомнила не лицо игараси, но звук его дыхания рядом. это было достаточно. она подняла карандаш и начала писать в пустой тетрадке: не потому что помнила, а потому что хотела, чтобы кто-то — кто бы ни находился рядом — знал, что она пыталась. когда спустя некоторое время старший нашёл её записи, там была короткая, нечёткая строка, но полная смысла:

“если снова забуду — знайте, что я пыталась держаться. я слышу ваш голос, папа. я боюсь, но я должна выполнить своё предназначение”

🔳🔳( 🤩 ) игараси заплакал впервые — тихо, чтобы никто не услышал — и спрятал дневник под подушку. он продолжал писать, оберегать, запрещать технику, пока не убедился, что цена, которую платит девушка, не станет её последним счётом. и каждый раз, когда кто-то из пятёрки спорил о том, как лучше помочь, мужчина отвечал просто: “мы — её дом и семья никогда не бросает своих на произвол судьбы”


она — навсегда осталась его маленькой девочкой, которую он поклялся оберегать