Мариуполь.
«После непрерывной беготни по городу и стрельбы приходишь в часть просто убитый…..
А здесь нас поджидают целые стаи брошенных собак и кошек. Обступят, сидят и ждут, когда бойцы сухпайком поделятся. Делимся. Божья тварь все-таки.
На днях одна беременная кошка появилась. Ползет, дрожит, царапает землю когтями и кричит. Еда для котят нужна катастрофически. Я дал ей тушенку. Все остальные псы и коты, кто был рядом, даже с места не стронулись. Хоть и голодные не меньше её. Даже зверье понимает, что беременную обижать нельзя. Она всю тушенку «сточила» и стала мне пыльный ботинок лизать. Благодарит так. Мы ей в ящике от патронов «лежку» сделали. Бушлат постелили. Такой вот полевой кошачий роддом. Пускай котят своих рожает.
Нам здесь очень нужна поддержка и понимание того, что вся Россия — за нами…»
Сергей, морской пехотинец.
«После непрерывной беготни по городу и стрельбы приходишь в часть просто убитый…..
А здесь нас поджидают целые стаи брошенных собак и кошек. Обступят, сидят и ждут, когда бойцы сухпайком поделятся. Делимся. Божья тварь все-таки.
На днях одна беременная кошка появилась. Ползет, дрожит, царапает землю когтями и кричит. Еда для котят нужна катастрофически. Я дал ей тушенку. Все остальные псы и коты, кто был рядом, даже с места не стронулись. Хоть и голодные не меньше её. Даже зверье понимает, что беременную обижать нельзя. Она всю тушенку «сточила» и стала мне пыльный ботинок лизать. Благодарит так. Мы ей в ящике от патронов «лежку» сделали. Бушлат постелили. Такой вот полевой кошачий роддом. Пускай котят своих рожает.
Нам здесь очень нужна поддержка и понимание того, что вся Россия — за нами…»
Сергей, морской пехотинец.