потянулся, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна, но беспокойство, как ядовитый плющ, обвило сердце. комната казалась огромной, давящей, стены нависали надо мной, усиливая чувство одиночества.
я не мог заставить себя встать. лежал, уставившись в потолок. вчерашний вечер, его прикосновение, все эти невысказанные слова… казались сном, призрачным видением, растворившимся с рассветом.
с трудом заставил себя подняться. ноги словно налились свинцом. на тумбочке – записка. короткая, написанная дрожащей рукой:
и всё. ни объяснений, ни намека на то, куда все ушли.
тогда я сильно сердился, но сейчас я понимаю, возможно, те просто не хотели нарушать мой покой.
я не мог заставить себя встать. лежал, уставившись в потолок. вчерашний вечер, его прикосновение, все эти невысказанные слова… казались сном, призрачным видением, растворившимся с рассветом.
с трудом заставил себя подняться. ноги словно налились свинцом. на тумбочке – записка. короткая, написанная дрожащей рукой:
"майк, прости, я спешу. встретимся завтра в школе."
и всё. ни объяснений, ни намека на то, куда все ушли.
тогда я сильно сердился, но сейчас я понимаю, возможно, те просто не хотели нарушать мой покой.