𝐀𝐌ꨄ𝐑𝐕𝐄𝐈𝐋

Дракона древнего рода, чьё имя давно забыли даже звёзды.
Он прилетел сквозь бурю и ночь, с огнём в костях и смертью в дыхании.

Его крылья затмили луну.
Его рев потрескал землю.
И всё же я не дрогнула.

Я не боялась. Я знала слова.
Не человеческие — древние, тёмные, язычные, что обвивают душу, как дым.
Я выжгла круг, пролила кровь — не свою.
И сказала имя, запретное для смертных уст.

Он пришёл.

Он не склонился.
Но затих.

Я — Та, кто не приручает, а говорит на языке самого огня.
Я не прошу — я вызываю.
Не сдерживаю — соединяюсь.

Теперь он под моей тенью.
Не раб, не слуга, не друг.
Связанный заклятьем и выбором. Моим — и его.

Его имя — Dark Blood.
Он — мой обряд. Моя воля.
Мой огонь.

Дракона древнего рода, чьё имя давно забыли даже звёзды.
Он прилетел сквозь бурю и ночь, с огнём в костях и смертью в дыхании.

Его крылья затмили луну.
Его рев потрескал землю.
И всё же я не дрогнула.

Я не боялась. Я знала слова.
Не человеческие — древние, тёмные, язычные, что обвивают душу, как дым.
Я выжгла круг, пролила кровь — не свою.
И сказала имя, запретное для смертных уст.

Он пришёл.

Он не склонился.
Но затих.

Я — Та, кто не приручает, а говорит на языке самого огня.
Я не прошу — я вызываю.
Не сдерживаю — соединяюсь.

Теперь он под моей тенью.
Не раб, не слуга, не друг.
Связанный заклятьем и выбором. Моим — и его.

Его имя — Décadence.
Он — мой обряд. Моя воля.
Мой огонь.

Дракона древнего рода, чьё имя давно забыли даже звёзды.
Он прилетел сквозь бурю и ночь, с огнём в костях и смертью в дыхании.

Его крылья затмили луну.
Его рев потрескал землю.
И всё же я не дрогнула.

Я не боялась. Я знала слова.
Не человеческие — древние, тёмные, язычные, что обвивают душу, как дым.
Я выжгла круг, пролила кровь — не свою.
И сказала имя, запретное для смертных уст.

Он пришёл.

Он не склонился.
Но затих.

Я — Та, кто не приручает, а говорит на языке самого огня.
Я не прошу — я вызываю.
Не сдерживаю — соединяюсь.

Теперь он под моей тенью.
Не раб, не слуга, не друг.
Связанный заклятьем и выбором. Моим — и его.

Его имя — Envy.
Он — мой обряд. Моя воля.
Мой огонь.

Дракона древнего рода, чьё имя давно забыли даже звёзды.
Он прилетел сквозь бурю и ночь, с огнём в костях и смертью в дыхании.

Его крылья затмили луну.
Его рев потрескал землю.
И всё же я не дрогнула.

Я не боялась. Я знала слова.
Не человеческие — древние, тёмные, язычные, что обвивают душу, как дым.
Я выжгла круг, пролила кровь — не свою.
И сказала имя, запретное для смертных уст.

Он пришёл.

Он не склонился.
Но затих.

Я — Та, кто не приручает, а говорит на языке самого огня.
Я не прошу — я вызываю.
Не сдерживаю — соединяюсь.

Теперь он под моей тенью.
Не раб, не слуга, не друг.
Связанный заклятьем и выбором. Моим — и его.

Его имя — Spution.
Он — мой обряд. Моя воля.
Мой огонь.