Ваш почтенный слуга дочитал биографию, на которой основан его
любимейший фильм современности, и готов поделиться впечатлениями об "Американском Прометее" с точки зрения адаптации.
Начнем с того фундамента, что конечно же книга лишена той замысловатой хронологии, присущей фильму. Это полностью задумка Нолана, а в книге все события предложены на суд читателя в хронологическом порядке, начиная с рождения Роберта Оппенгеймера и вплоть до его смерти. Более того, слушание по утверждению Льюисса Стресса (Роберт Дауни мл.) в должности министра экономики, представленное как заслуженное возмездие в фильме, лишь на одной странице упоминается в книге, что опять-таки запишем в заслугу сэру Кристоферу.
Любознательней всего для меня стало сравнение фраз и событий, показанных в фильме, с тем, что скорее всего имело место в действительности. С большим удивлением я обнаружил, что почти все афоризмы, которыми герои фильма хлестают воздух силой своего красноречия, являлись прямым цитированием (уж после 6 пересмотров можете мне поверить). Лишь тот самый диалог с Эйнштейном и словами "Я не боюсь змеи под камнем" можно причислить к воображению Нолана, ну а такое как "Я не хочу, чтобы результатом трёх веков развития физики стало создание бомбы тотального уничтожения" заставляет меня восхититься остроумием реально живущих людей. Вспоминая свои "бе-ме" в иные стрессовые ситуации, не можешь не гордиться выдержкой людей, подобравших нужные слова. Как и не возможно гордиться Ноланом, который очень аккуратно отнёсся к материалу, приложив известное усилие по изучению даже событий, не отображенных в книге (слушание Стресса), и задавшим лишь определенным сценам необходимого пафоса и щепотку сантиментов для постановки истории на кинематографические рельсы. И почти везде этот пафос не мешал восприятию действительному ходу дел. Почти. Всё-таки в обращении с генералом Гровсом и опадал на дисциплинарном слушании 1954 года Нолан позволил себе показать их героизм чуть больше нужного, хотя каждый так или иначе пошел против Роберта. На самом деле это не так уж и сильно важно, но не упоминуть я не мог.
Но в то же самое время, Нолан подробно адаптировал лишь вторую и третью главы из пяти доступных (оно и понятно, хронометраж не резиновый, да и три часа для многих уже испытание). И если первую главу, посвященную детству Роберта, можно действительно опустить, то те знания, которыми я себя обогатил, прочитав четвертую и пятую главы, заставляют даже немного пересмотреть жизнь "Отца атомной бомбы" (и это прекрасно!). Всё-таки те многочисленные усилия, приложенные Оппенгеймером по нивелированию гонки вооружений и разрядки накалившейся общественной обстановки после Второй Мировой мелькают в фильме постольку-поскольку и не дают полного представления. Как и последствия дисциплинарного слушания 1954 года по отказу в секретном допуске Оппенгеймеру. А первое неразрывно связано со вторым.
Исидор Раби, близкий друг Оппенгеймера, спустя значительное время после слушания 54 года сказал о противниках Роберта: "Они добились того, чего добивались: он был уничтожен". Когда ты детально видишь, как ярко и смело вел себя Оппенгеймер до 1954 года, тем горьче тебе наблюдать, какую податливость и пассивность он проявлял уже после. Гнев с ощущением несправедливости завихряются и застревают горьким комком в горле, что ещё больше добавляет трагедии. Этот момент полностью в фильме упущен.
Однако что книга и фильм действительно делают хорошо вместе великолепно, это заставляют с искренностью верить словам Китти Оппенгеймер: "Второго такого, как Роберт, никогда не будет". Я редко восхищаюсь личностями настолько глубоко и сильно, что хотел бы стать ими, но именно это и произошло с Оппенгеймером. Его начитанность во всём, его культурная обогащенность, его страстность и педантичность, его глубокое понимание своей области интересов потрясают. Как это все могло сочетаться в одном человеке? Ну и я просто не могу не хотеть быть человеком, который участвовал с большим багажом знаний в дискуссии на тему "Кто лучше: Лев Толстой или Федор Достоевский?"
