В числе тех, кто повлиял на писательское становление Сергея Довлатова, называют Хемингуэя, Фолкнера, Куприна, Ремарка и Сэлинджера, однако наиболее непосредственное воздействие на него оказал Чехов. Сам писатель весьма вспоминал о нем. Однажды, в беседе с американским славистом и переводчиком Джоном Глэдом он ссылается на Чехова, когда говорит, что «по письмам Чехова можно понять, что у него был комплекс беллетриста, то есть беллетрист ближе к понятию “рассказчик”. По русским понятиям он был не писателем, а рассказчиком. Какой смысл я в это вкладываю? Опять-таки, без всякого кокетства и без ложной скромности. Деятельность писателя в традиционном русском понимании связана с постановкой каких-то исторических, психологических, духовных, нравственных задач. А я рассказываю истории. Я когда-то делал это устно, а потом начал эти истории записывать. Я чувствую себя естественно и нормально, когда я что-то рассказываю или записываю. Это органически естественное для меня состояние. Ничем другим я не занимаюсь с легкостью и с удовольствием, всякая другая деятельность связана с какими-то сложностями, мучениями, напряжением сил. Поэтому всю свою жизнь я рассказываю истории, которые я либо где-то слышал, либо выдумал, либо преобразил…».