Репост из: Дело в цифрах | ПО и решения для бизнеса
О том, как развивается рынок рынок интегрированного бизнес-планирования (IBP) и какие риски несет затягивание перехода, мы поговорили с Сергеем Мозжеровым, директором по продукту платформы интегрированного планирования In․Plan.
🔘Как изменилась ситуация на рынке IBP в России?
До 2022 года крупные российские компании в основном использовали западные решения — SAP, Quintiq, Kinaxis и другие. После их ухода возникла необходимость локализации IBP-систем, и вендоры начали разрабатывать отечественные аналоги. При этом продукты, изначально созданные для среднего бизнеса, не всегда соответствовали уровню enterprise-задач — ни по функционалу, ни по технологиям.
Основные требования бизнеса к IBP сегодня включают поддержку сложных бизнес-процессов с гибкой настройкой под специфику, возможность автоматизации всей сквозной цепочки планирования, от прогноза спроса до производства и аналитики, а также высокую технологическую зрелость, сопоставимую с западными аналогами — производительность, работу с большими данными, безопасность и поддержку различных моделей развертывания. Не все российские поставщики пока могут обеспечить такую функциональность, что тормозит большую часть проектов локализации.
🔘Какие еще барьеры мешают переходу на отечественные решения?
В первую очередь — разнообразие предложений с разбросом стоимости от десятков до сотен миллионов, что осложняет выбор. Еще одна сложность заключается в высоких ожиданиях заказчиков, которые не готовы поступаться функциональностью и технологическими возможностями, которые были у западных платформ.
Кроме того, многие компании организационно еще не готовы ко внедрению IBP: процессы у них не всегда правильно выстроены, а некоторые разработчики не предоставляют методологическую поддержку.
Важным барьером остается и необходимость сначала завершить задачи по локализации ERP и обеспечить чистоту данных, без чего IBP не принесет ожидаемого эффекта.
🔘Насколько зрелый в России рынок?
Сегодня российский рынок находится в стадии консолидации и этот процесс, по моему прогнозу, продлится еще около трех лет, пока не сформируется пул из нескольких сильных игроков, аналогично глобальному рынку.
🔘В каких отраслях сейчас наибольшая потребность в IBP?
Наибольший спрос на IBP наблюдается в FMCG, фармацевтике, агросекторе, машиностроении, тяжелой промышленности, металлургии, нефтегазе, горной добыче. Особое место занимает ритейл, где IBP востребован для прогнозирования спроса, внедрения S&OP, а также управления распределительными центрами и товарными запасами.
Именно в этих секторах задачи прогнозирования, скоординированного планирования и анализа дают наиболее значимый бизнес-эффект.
🔘Какие риски несет затягивание перехода?
Во-первых, это регуляторный риск. Государственная политика активно стимулирует развитие и использование отечественного ПО, и вскоре переход на локальные IBP-решения может стать обязательным требованием, как это уже происходит с ERP. А крупные проекты в этой области долгие, и задержка может привести к авралам.
Второй риск — потеря конкурентного преимущества. В условиях разрывов цепочек поставок, высокой динамики и волатильности рынка, скорость реакции бизнеса на рыночные изменения играет ключевую роль.
🔘Что ждет рынок в перспективе 3-5 лет?
В ближайшие годы рынок будет двигаться в сторону инноваций. Компании ожидают появления решений, способных работать с большими объемами данных, обеспечивать онлайн-расчеты и персонализацию.
Важным направлением станет использование машинного обучения, нейронных сетей, смарт-функций и co-pilot. Рынок в перспективе не ограничится импортозамещением, а станет площадкой для технологического прорыва.
#интервью в 📄 Дело в цифрах
🔘Как изменилась ситуация на рынке IBP в России?
До 2022 года крупные российские компании в основном использовали западные решения — SAP, Quintiq, Kinaxis и другие. После их ухода возникла необходимость локализации IBP-систем, и вендоры начали разрабатывать отечественные аналоги. При этом продукты, изначально созданные для среднего бизнеса, не всегда соответствовали уровню enterprise-задач — ни по функционалу, ни по технологиям.
Основные требования бизнеса к IBP сегодня включают поддержку сложных бизнес-процессов с гибкой настройкой под специфику, возможность автоматизации всей сквозной цепочки планирования, от прогноза спроса до производства и аналитики, а также высокую технологическую зрелость, сопоставимую с западными аналогами — производительность, работу с большими данными, безопасность и поддержку различных моделей развертывания. Не все российские поставщики пока могут обеспечить такую функциональность, что тормозит большую часть проектов локализации.
🔘Какие еще барьеры мешают переходу на отечественные решения?
В первую очередь — разнообразие предложений с разбросом стоимости от десятков до сотен миллионов, что осложняет выбор. Еще одна сложность заключается в высоких ожиданиях заказчиков, которые не готовы поступаться функциональностью и технологическими возможностями, которые были у западных платформ.
Кроме того, многие компании организационно еще не готовы ко внедрению IBP: процессы у них не всегда правильно выстроены, а некоторые разработчики не предоставляют методологическую поддержку.
Важным барьером остается и необходимость сначала завершить задачи по локализации ERP и обеспечить чистоту данных, без чего IBP не принесет ожидаемого эффекта.
🔘Насколько зрелый в России рынок?
Сегодня российский рынок находится в стадии консолидации и этот процесс, по моему прогнозу, продлится еще около трех лет, пока не сформируется пул из нескольких сильных игроков, аналогично глобальному рынку.
🔘В каких отраслях сейчас наибольшая потребность в IBP?
Наибольший спрос на IBP наблюдается в FMCG, фармацевтике, агросекторе, машиностроении, тяжелой промышленности, металлургии, нефтегазе, горной добыче. Особое место занимает ритейл, где IBP востребован для прогнозирования спроса, внедрения S&OP, а также управления распределительными центрами и товарными запасами.
Именно в этих секторах задачи прогнозирования, скоординированного планирования и анализа дают наиболее значимый бизнес-эффект.
🔘Какие риски несет затягивание перехода?
Во-первых, это регуляторный риск. Государственная политика активно стимулирует развитие и использование отечественного ПО, и вскоре переход на локальные IBP-решения может стать обязательным требованием, как это уже происходит с ERP. А крупные проекты в этой области долгие, и задержка может привести к авралам.
Второй риск — потеря конкурентного преимущества. В условиях разрывов цепочек поставок, высокой динамики и волатильности рынка, скорость реакции бизнеса на рыночные изменения играет ключевую роль.
🔘Что ждет рынок в перспективе 3-5 лет?
В ближайшие годы рынок будет двигаться в сторону инноваций. Компании ожидают появления решений, способных работать с большими объемами данных, обеспечивать онлайн-расчеты и персонализацию.
Важным направлением станет использование машинного обучения, нейронных сетей, смарт-функций и co-pilot. Рынок в перспективе не ограничится импортозамещением, а станет площадкой для технологического прорыва.
#интервью в 📄 Дело в цифрах