О переговорном процессе Вчера во время эфира на канале
PolitWera мне задали вопрос о том, подталкивает ли Запад Украину к мирным переговорам? На что я вынужден был сказать, что Запад неоднороден, и в то время, как одни политические силы выступают за мирный процесс, другие (в первую очередь Великобритания) стремятся к эскалации конфликта.
А сегодня косвенным подтверждением этих слов стала
информация МИД Швейцарии о том, что есть около десяти мирных планов по Украине, включая секретные.
Эта информация, во-первых, свидетельствует о том, что Швейцария стремится играть активную роль в качестве организатора переговорного процесса. Хотя ранее со стороны России уже были
заявления, что высшее политическое руководство России не видит в официальном Цюрихе того субъекта, который действительно может осуществлять миротворческую деятельность, так как не считает Швейцарию нейтральной страной. И хотя собственно Швейцария в силу своего нейтрального статуса длительное время выполняла посреднические функции в Европе (по крайней мере в XX веке), поставки оружия (разрешение на поставки оружия) швейцарского изготовления на Украину ставят большой вопрос по поводу сохранения такого нейтралитета.
Во-вторых, собственно, о самом факте наличия планов по мирному урегулированию конфликта на территории Украины уже говорилось ранее. Они активно оглашались в начале 2023 года, в том числе «
китайский план», «
африканский план», «
план Зеленского» и многие другие, но ни до чего практического не приводил. В период так называемого «контрнаступа» ВСУ об этих планах Запад предпочел забыть, ожидая реализации наступательной стратегии. Однако провал наступления и последовавшие за ним поражения украинской армии, в том числе в районе Авдеевки, снова всколыхнули волну заявлений о необходимости мирного плана по Украине.
Россия последовательно заявляла о том, что не видит ничего невозможного в мирном урегулировании, но только на основе российских требований, которые выдвигались с самого начала конфликта, с учётом естественных изменений. Это подтверждается на всех уровнях, в том числе с трибуны
Совбеза ООН. Буквально вчера полпред России в
ООН Василий Небензя заявил, что мирные переговоры не исключены, и при этом отметил, что «
Сохранение Украины хоть в каком-то виде еще возможно, однако для этого она должна стать нейтральной и перестать представлять угрозу России».
В чем же тогда причина, что переговоры еще не начинаются? Полагаю, что в первую очередь в том, что Западу, являющемуся основным спонсором украинских властей Украины сложно найти такую формулу мира, при которой и Россия была бы согласна на закрепление определенного послевоенного состояния, и Запад (подчеркиваю, не Украина, а именно Запад) не выглядел бы проигравшим России в геополитической борьбе.
Сделать это трудно. И в связи с неизбежными территориальными потерями Украины (а во все времена именно потеря территории была индикатором поражения в войне. Можно ли вспомнить такие победы, которые не сопровождались бы территориальными уступками победителя?), и в связи с тем, что западные политики однозначно рисовали образ успешности своего участия в поддержке Украины посредством фиксации военного поражения России. А этого в текущих условиях им добиться не получится.
Предлагавшиеся варианты, например, через проведение повторных референдумов о самоопределении вновь присоединившихся к России регионов (отвергнутый уже Россией), по их мнению, мог бы означать не утрату территории вследствие военного поражения, а посредством демократического волеизъявления. Но это исключено.
Есть, конечно, и другой вариант, при котором западная риторика должна описать другой приемлемый для местного обывателя образ победы. Например, «
только помощь Запада не дала России полностью занять территорию Украины». Но пока нарратив такого рода активно не продвигается, а способность ВСУ удерживать позиции выглядит все более не очевидной. А значит все более иллюзорным становится и сохранение Украины на политической карте мира, что однозначно не позволит Западу сохранить видимость хоть какого–то образа победы. Время идет неумолимо.
