Пустыня
🏜(быстрая тренировочная зарисовка МкНж)
Это место, где весь день ты не можешь дождаться ночи, а потом всю ночь грезишь началом дня. Но только пока ты один.
Потому я и позаботился о спутнике, потому счёл необходимым потрать столь малое у меня время на подбор и поиск попутчика.
И с уверенностью могу сказать, что оно того стоило. Мой выбор был даже в каком-то смысле предрешён, видимо И теперь, когда я сижу и смотрю на его бездыханное тело.
...
Палящее солнце жжет мне кожу. Стервятники парят под солнцем, кричат скрипучими голосами, проклиная мою живучесть. На моем пути изредка попадаются скалы и я могу передохнуть в их скромной тени. Жгучий песок скребет в сапогах мои пятки.
Кожа засохла, волосы ломаются и разлетаются по ветру.
...
Песок вытолкнул меня наружу из земли. На ощупь обжигающий, сочащийся сквозь пальцы. Пустыня вернула меня к жизни, извергла из себя. Я чувствовал во рту привкус солнца оставшегося на песчинках и ощущал на коже горячие следы пустынного ветра. Я был жив, но в венах словно в часах частица за частицей сыпалось время. Я был вечен и имя мне было Сахара.
...
Неумолимое неисчерпаемое беспощадное опаляющее и ослепляющее светило вытаращилось на меня словно выжидая моих жалких действий и заранее осмеивая их тщетность бренность безрезультатность в борьбе с ним за своë выживание самосохранение иначе бегство от его беспощадного господства.
...
Пустыня необозрима для уставших глаз путника. Она — негатив голубого неба, спрятавшегося повыше от раскалённого песка.
Зелень — забытое слово здесь, только старики-кактусы помнят его. Но надежда есть. С далёких вершин каньона тянет влагой, тягуче, словно из крошечных спешащих туч сейчас польётся не вода, а дёготь.
Путник закрывает глаза и снимает шляпу. Его глаза на мокром месте. Правда, плачет не он, а небо.
...
Песок обжигает кожу. Пустыня позволяет отдохнуть путнику: впереди только оранжевое море, запах пыли, тишина, нарушаемая шуршанием.
🏜(быстрая тренировочная зарисовка МкНж)
Это место, где весь день ты не можешь дождаться ночи, а потом всю ночь грезишь началом дня. Но только пока ты один.
Потому я и позаботился о спутнике, потому счёл необходимым потрать столь малое у меня время на подбор и поиск попутчика.
И с уверенностью могу сказать, что оно того стоило. Мой выбор был даже в каком-то смысле предрешён, видимо И теперь, когда я сижу и смотрю на его бездыханное тело.
...
Палящее солнце жжет мне кожу. Стервятники парят под солнцем, кричат скрипучими голосами, проклиная мою живучесть. На моем пути изредка попадаются скалы и я могу передохнуть в их скромной тени. Жгучий песок скребет в сапогах мои пятки.
Кожа засохла, волосы ломаются и разлетаются по ветру.
...
Песок вытолкнул меня наружу из земли. На ощупь обжигающий, сочащийся сквозь пальцы. Пустыня вернула меня к жизни, извергла из себя. Я чувствовал во рту привкус солнца оставшегося на песчинках и ощущал на коже горячие следы пустынного ветра. Я был жив, но в венах словно в часах частица за частицей сыпалось время. Я был вечен и имя мне было Сахара.
...
Неумолимое неисчерпаемое беспощадное опаляющее и ослепляющее светило вытаращилось на меня словно выжидая моих жалких действий и заранее осмеивая их тщетность бренность безрезультатность в борьбе с ним за своë выживание самосохранение иначе бегство от его беспощадного господства.
...
Пустыня необозрима для уставших глаз путника. Она — негатив голубого неба, спрятавшегося повыше от раскалённого песка.
Зелень — забытое слово здесь, только старики-кактусы помнят его. Но надежда есть. С далёких вершин каньона тянет влагой, тягуче, словно из крошечных спешащих туч сейчас польётся не вода, а дёготь.
Путник закрывает глаза и снимает шляпу. Его глаза на мокром месте. Правда, плачет не он, а небо.
...
Песок обжигает кожу. Пустыня позволяет отдохнуть путнику: впереди только оранжевое море, запах пыли, тишина, нарушаемая шуршанием.