Это была собака, или как ломается психика БПЛА-операторов2007 год, Афганистан. Брэндон Брайант верил в правомерность миссии США. Всё изменилось, когда за секунду до взрыва он увидел на тепловизоре ребёнка, а командование сказало: «Это была собака». В этот момент он осознал: я не солдат, я убийца.🚁Спустя пятнадцать лет
Минобороны Украины кодифицировало
Hornet Vision Ctrl — систему, позволяющую управлять боевым дроном из любой точки мира.
21 июня это подтвердил украинский пленный: против
батальона МО РФ в разрушенной застройке действовали всего
16 военнослужащих ВСУ, остальные —
удалённые пилоты по всему миру,
играющие в войнушку, где
убивают по-настоящему.
🚩
Американская история. Брайант служил оператором сенсоров
MQ-1 Predator, наводя ракеты по
Ираку и
Афганистану с территории
США. После службы эскадрилье засчитали
1626 ликвидаций; сам он связывал себя с гибелью около
13 человек в семи ударах.
Позже он сказал: «Это было словно кто-то уронил на мою душу огромный молот и просто уничтожил её. Меня преследовали не тринадцать призраков. Меня преследовал легион. Я не мог спать». Тринадцать — те, чью смерть он видел лично. Легион — все остальные, чьи лица и имена остались неизвестны даже ему. После увольнения он страдал от ПТСР, бессонницы, депрессии и зависимости от алкоголя.
Его свидетельство сохранилось в интервью Democracy Now! (2013), BBC Witness и HARDtalk (2015), RT SophieCo (2018). Философ Грегуар Шамаю в труде «
Теория дрона» назвал этот опыт «
телекоммьютингом на войну»: тело не покидает
Америку, но сознание ежедневно оказывается на фронте — без паузы между двумя мирами.
🎥
Что его сломало? У
традиционного солдата между боем и домом есть база, дорога, ротация — пространство, в котором
психика успевает признать:
война закончилась, я возвращаюсь. Помимо этого он несёт
физический риск, который психологически «уравновешивает» акт насилия —
принцип взаимного риска. У оператора дрона этого нет: есть только экран, кнопка и через час обычный ужин с семьёй.
🎥
Психолог Рэйчел Макнейр описала это состояние термином Perpetration-Induced Traumatic Stress (PITS) —
травма исполнителя. В отличие от
жертвы, страдающей от того, что с ней произошло,
исполнитель страдает от того, что сделал сам.
Брайанта сломало не пережитое насилие, а совершённое. Ответ «
это была собака» довершил разрушение: система потребовала не поверить приказу — а отказаться от собственных глаз.
❓
Вопрос остаётся открытым. Если умножить эту ситуацию на масштаб — тысячи человек по всему миру, ежедневно управляющих смертью как фрилансеры, — получится эпидемия психической травмы без институциональной системы помощи: ни армия, ни государство не признают этих людей ветеранами.☝️Подписаться на
Кобальт
