Почему русскоязычные авторы не интересны англоязычному рынку?
Меня часто спрашивают, как выйти на англоязычный рынок, и я каждый раз честно отвечаю: «Ах, если бы я знала, меня бы тут не было».
Решила сделать пост на эту тему, совместив собственный опыт с экспертизой Елены Сорокиной (она у меня оставила очень подробный комментарий под одним из постов), литературным переводчиком с английского и ведущей подкаста «Спроси переводчика».
Классный подкаст, кстати, рекомендую.
🔻 Англоязычный рынок и без того большой, поэтому объемы переводной литературы на нем — менее 3%. Это не с русского языка, это в целом переводной.
Лена пишет:
🔻 Мы очень плохо знаем англоязычный рынок. В 99% случаев авторы, которые ко мне приходят, свои знания базируют на переводных книгах — то есть на тех, где есть перевод на русский, а за трендами на американском рынке не следят от слова «совсем». Как и в случае с русскоязычным рынком, если вы решили в него зайти, хорошо бы знать, что на нем происходит: что ищут на опен-коллах, на что клюют агенты...
🔻 Невнятный сеттинг. С сеттингом от русскоязычных авторов тоже все мутно и сложно. Если они используют вымышленный сеттинг, то, скорее всего, этот сеттинг уже обсосан по 100 раз.
Если используют российский сеттинг, то англоязычному читателю нифига не понятно, что там происходит, потому что он банально не знает реалий (моя ридерша на английском долго не могла вкурить вот эту эстетику панелек, когда во дворе бабульки сидят, она просто не улавливала описания). А если это «условно американский сеттинг», то если автор не живет в этих реалиях, то он получается смешным и недостоверным.
Моя ридерша буквально на этом срезала мне перевод «Детей в гараже моего папы» (это при том, что качество перевода она похвалила). Она говорит: я просто не понимаю. А почему полицейские заходят вот так? А почему у него соседи спрашивают? А почему обувь со шнурками нельзя? А почему они не зачитывают то-другое?
🔻 Мало экшена. Мы привыкли, что экшен — это скорее прерогатива жанровой прозы, а в современке можно развазюкать описаний и эмоций на пару страниц. В англоязычной переводной прозе так не прокатывает — экшон нужен сразу, с первых страниц, и книга должна держать в напряжении.
Лена подтверждает:
Это, кстати, тоже было одно из замечаний к «Детям». А где погоня? А где накал?
🔻 Качество текста. Я скажу прямо: я переводила «Детей» с помощью ИИ, редактировала с помощью себя и еще одного человека, и претензий к переводу не было ни у одного из ридеров, но я работала в переводах, мне было попроще. Но оступиться тут чрезвычайно легко, а хороший перевод стоит как лошадь.
Лена:
Ходят слухи, что на рынке детской прозы с переводами попроще, так что если очень хочется — можно пробовать туда. Но вывод у Лены такой: «Я не представляю, что в мире должно произойти, чтобы издателей в штатах так прижало и они бы массово побежали скупать лицензии на перевод с русского».
Меня часто спрашивают, как выйти на англоязычный рынок, и я каждый раз честно отвечаю: «Ах, если бы я знала, меня бы тут не было».
Решила сделать пост на эту тему, совместив собственный опыт с экспертизой Елены Сорокиной (она у меня оставила очень подробный комментарий под одним из постов), литературным переводчиком с английского и ведущей подкаста «Спроси переводчика».
Классный подкаст, кстати, рекомендую.
🔻 Англоязычный рынок и без того большой, поэтому объемы переводной литературы на нем — менее 3%. Это не с русского языка, это в целом переводной.
Лена пишет:
«Руслит теряется — проходит либо что-то уже с премиями / хорошими продажами на своем рынке, либо квир-тематика (кстати, уже сильно меньше — комм. от меня), либо политика. Почти ни у кого нет ридеров со знанием русского, их надо искать, это лишние телодвижения».
🔻 Мы очень плохо знаем англоязычный рынок. В 99% случаев авторы, которые ко мне приходят, свои знания базируют на переводных книгах — то есть на тех, где есть перевод на русский, а за трендами на американском рынке не следят от слова «совсем». Как и в случае с русскоязычным рынком, если вы решили в него зайти, хорошо бы знать, что на нем происходит: что ищут на опен-коллах, на что клюют агенты...
🔻 Невнятный сеттинг. С сеттингом от русскоязычных авторов тоже все мутно и сложно. Если они используют вымышленный сеттинг, то, скорее всего, этот сеттинг уже обсосан по 100 раз.
Если используют российский сеттинг, то англоязычному читателю нифига не понятно, что там происходит, потому что он банально не знает реалий (моя ридерша на английском долго не могла вкурить вот эту эстетику панелек, когда во дворе бабульки сидят, она просто не улавливала описания). А если это «условно американский сеттинг», то если автор не живет в этих реалиях, то он получается смешным и недостоверным.
Моя ридерша буквально на этом срезала мне перевод «Детей в гараже моего папы» (это при том, что качество перевода она похвалила). Она говорит: я просто не понимаю. А почему полицейские заходят вот так? А почему у него соседи спрашивают? А почему обувь со шнурками нельзя? А почему они не зачитывают то-другое?
🔻 Мало экшена. Мы привыкли, что экшен — это скорее прерогатива жанровой прозы, а в современке можно развазюкать описаний и эмоций на пару страниц. В англоязычной переводной прозе так не прокатывает — экшон нужен сразу, с первых страниц, и книга должна держать в напряжении.
Лена подтверждает:
«У нас любят размусоливать ощущения, описания. А там часто хотят увлекающий сюжет и действие».
Это, кстати, тоже было одно из замечаний к «Детям». А где погоня? А где накал?
🔻 Качество текста. Я скажу прямо: я переводила «Детей» с помощью ИИ, редактировала с помощью себя и еще одного человека, и претензий к переводу не было ни у одного из ридеров, но я работала в переводах, мне было попроще. Но оступиться тут чрезвычайно легко, а хороший перевод стоит как лошадь.
Лена:
«Много книг, которые выходят на русском и считаются на российском рынке бестами, для англоязычного рынка написаны слабо».
Ходят слухи, что на рынке детской прозы с переводами попроще, так что если очень хочется — можно пробовать туда. Но вывод у Лены такой: «Я не представляю, что в мире должно произойти, чтобы издателей в штатах так прижало и они бы массово побежали скупать лицензии на перевод с русского».