Запад уже не может делать вид, что не замечает BRICS Pay: о проекте начали писать всё чаще — и главное, всё более спокойно и предметно, без истерик и клише про “антидолларовую ось”.
17 февраля 2026 года в издании International Banker вышла статья «Смогут ли страны БРИКС в конечном итоге бросить вызов глобальной финансовой гегемонии Запада?»
О чём пишет International Banker
Статья в International Banker разбирает BRICS Pay не как страшилку для Запада, а как серьёзную попытку выстроить альтернативную инфраструктуру платежей, снижающую зависимость от долларовой системы и корреспондентских банков. Акцент делается на том, что BRICS Pay — это не “магическая кнопка конца доллара”, а пошаговый стратегический проект: межстрановая платёжная сеть, опирающаяся на национальные системы и локальные валюты, с упором на суверенитет, снижение издержек и устойчивость к санкциям.
Почему тон публикаций меняется
Западные эксперты начинают смотреть на BRICS Pay прагматично — как на пример инфраструктурной конкуренции, а не пропагандистский лозунг. На это прямо влияет дозированное раскрытие информации на сайте проекта и в публичных документах: появляются архитектура, принципы, связи с реальным бизнесом и BRICS Business Council, а не только общие заявления.
Где объективность, а где скепсис
Автор статьи международный банкир Хилари Шмидт признает, что у BRICS Pay есть реальные шансы откусить долю у западной финансовой инфраструктуры в контуре BRICS+ и дружественных стран — за счёт расчётов в нацвалютах, отказа от SWIFT и снижения роли долларовых посредников. Но одновременно подчёркивает вызовы: координация интересов разных стран, регуляторные различия, техническая и политическая совместимость, киберриски и необходимость доказать масштабируемость и надёжность системы.
Что это значит для “Революции денег”
Когда профильные западные медиа начинают описывать BRICS Pay языком рисков, преимуществ и сценариев — это значит, что проект стал фактором стратегического планирования. По сути, BRICS Pay уже сейчас выполняет свою главную функцию: заставляет пересматривать представления о “безальтернативности” западной финансовой гегемонии и подталкивает мир к более полицентричной системе расчётов.
17 февраля 2026 года в издании International Banker вышла статья «Смогут ли страны БРИКС в конечном итоге бросить вызов глобальной финансовой гегемонии Запада?»
О чём пишет International Banker
Статья в International Banker разбирает BRICS Pay не как страшилку для Запада, а как серьёзную попытку выстроить альтернативную инфраструктуру платежей, снижающую зависимость от долларовой системы и корреспондентских банков. Акцент делается на том, что BRICS Pay — это не “магическая кнопка конца доллара”, а пошаговый стратегический проект: межстрановая платёжная сеть, опирающаяся на национальные системы и локальные валюты, с упором на суверенитет, снижение издержек и устойчивость к санкциям.
Почему тон публикаций меняется
Западные эксперты начинают смотреть на BRICS Pay прагматично — как на пример инфраструктурной конкуренции, а не пропагандистский лозунг. На это прямо влияет дозированное раскрытие информации на сайте проекта и в публичных документах: появляются архитектура, принципы, связи с реальным бизнесом и BRICS Business Council, а не только общие заявления.
Где объективность, а где скепсис
Автор статьи международный банкир Хилари Шмидт признает, что у BRICS Pay есть реальные шансы откусить долю у западной финансовой инфраструктуры в контуре BRICS+ и дружественных стран — за счёт расчётов в нацвалютах, отказа от SWIFT и снижения роли долларовых посредников. Но одновременно подчёркивает вызовы: координация интересов разных стран, регуляторные различия, техническая и политическая совместимость, киберриски и необходимость доказать масштабируемость и надёжность системы.
Что это значит для “Революции денег”
Когда профильные западные медиа начинают описывать BRICS Pay языком рисков, преимуществ и сценариев — это значит, что проект стал фактором стратегического планирования. По сути, BRICS Pay уже сейчас выполняет свою главную функцию: заставляет пересматривать представления о “безальтернативности” западной финансовой гегемонии и подталкивает мир к более полицентричной системе расчётов.