E N Z Œ

➖➖➖ 🔠🔠🔠🔠🔠🔠🔠🔠 *️⃣
😀@BillyfvckyouHargrove :

➖➖➖🤩

🌟нзо стоял в тени одного из бесчисленных арок во внутреннем дворе, поджаривая обычную маггловскую сигарету на кончике своей дряхлой палочки.

Ночной Хогвартс в его восприятии был местом одновременно величественным и лицемерно спящим.

Готические шпили, будто выточенные из самого черного льда, вонзались в звёздное небо, которое здесь было каким-то слишком чистым, искусственным, как декорация.

Из высоких окон Зала сиял призрачный, золотистый свет, похожий на приглашение на бал, но за другими, темными витражами таилась лишь пыль веков и скука библиотек.

Каменные стены, днем кажущиеся монументальными, ночью были всего лишь гигантской, холодной скорлупой, за которой прятались тысячи детских страхов, обид и секретов.

Тишина была не мирной, а плотной, напряженой — не отдых, а ожидание.

🌟аже луна, отражаясь в Черном озере, создавала не романтичное сияние, а холодную, мертвенную дорожку, ведущую в темные воды.

Воздух пахнет мокрым камнем, увядающей травой и едва уловимым электричеством магии, которая, как и сам замок, никогда не спит по-настоящему, а лишь притворяется.

🌟 в этой притворной, застывшей красоте было больше тоски, чем в самом уродливом, но живом и шумном маггловском городе.

Хмыкнув, он оперся о тяжелую, прохладную стену. И вот, наконец, этот тяжелый, громоздкий силуэт появился в конце коридора.

🌟зглядом он обвел его — уставшее, застывшее выражение лица, взгляд мутный, «мыльный»; от усталости, конечно. Хотя, кто его знает, может, по дороге уже пригубил чего покрепче. Хаъ!

🌟нзо принял британские «дары» с ехидным хмыканьем, на ладони ощутив легкий вес самокрутки.

Без лишних слов он незаметно спрятал одну во внутренний карман мантии — он не собирался курить траву с малолеткой, ей-богу.

🌟ело было не в принципах, а в здравом смысле и простом расчѣте: сейчас у парня трудный период, и ему нужен трезвый, а не такой же обдолбанный надзиратель.

По-человечески было жалко.

🌟о поверх этого шевелилась другая, более взрослая и прагматичная мысль: это его ученик, пусть и временный. Надо держать ситуацию под контролем, чтобы тот в таком состоянии не наломат вдесятеро больше дров.

🌟н вытащил из другого кармана свою обычную, тонкую маггловскую сигарету, знакомым движением чиркнул зажигалкой. Горьковатый, знакомый дым, не имевший ничего общего со сладковатым запахом самокрутки, заполнил легкие.

Идеально.

Засунув сигарету между зубов, он пару раз внимательно зыркнул на Билли, изучая его состояние.

Глубокий, усталый вздох вырвался у него сам собой.

Что тут скажешь?

Он выпустил струйку дыма и спросил с характерным для себя сочетанием отстранѣнности и въедливой прямоты, слегка шмыгнув носом от холода или привычки:

— Че? Как себя чувствуешь? — пауза, пристальный взгляд. — Готов к игре?

➖➖➖🔠🔠🔠🔠 *️⃣
😀@willthewiseHPST :

Не сегодня это было и не вчера. Сцена отпечаталась в памяти вне времени, как снимок, сделанный в полной темноте.
➖➖ ➡️

Уилл сидел сгорбившись на холодном каменном полу коридора или пустой классной комнаты — уже неважно. Он плакал. Не рыдал, а тихо, почти беззвучно, и его плечи мелко тряслись.

Он бормотал что-то сквозь спазмы, слова путались и проглатывались: «…не могу спать… устал… устал злиться… устал бояться каждого шороха… устал не чувствовать себя сытым, даже когда ем… устал от всего…».

М-да. Ну, бывает.

И самое горькое, что прорвалось наружу, словно признание в самом страшном преступлении:

«…Мне кажется, что даже Джейн меня теперь не поймет…»

Сердце Энзо в тот момент сжалось. Но не от сострадания, а от раздражѣнной досады.

Не его это проблема.

Его цель, его оплаченный контракт — чистокровный слизеринец Джейсон Карвер, чьи влиятельные родители перевели на его счѣт сумму, за которую можно было купить небольшой дом в Косом переулке, лишь бы их сын получил «инструктаж», прошѣл «спецподготовку».

А тут — это.

Это ноющее, слюнявое, эмоциональное цунами полукровки, которое разрушало все его планы по холодному, методичному взращиванию инструмента.

Но они действительно сидели в обнимку.

Парадокс, который разъедал его изнутри.

Его собственная, тяжелая, вся в шрамах рука лежала на вздрагивающих плечах мальчишки и медленно, почти механически, гладила их. Жест был неуклюжим, лишѣнным естественной нежности, будто он пытался успокоить раненого зверька, не зная, как это делается.

Идея подкидывать ему книги по проклятиям и тѣмным искусствам родилась в ту же секунду. Она пришла не как коварный план, а как спонтанное, но безошибочно точное решение.

Если уж эта энергия отчаяния ищет выхода, пусть выходит не в слѣзы, а в действие. Пусть направляется, фокусируется, становится инструментом.

Когда он позже увидел, что Уилл стащил с полки именно тот, нужный том, его охватило не беспокойство, а странное, лѣгкое облегчение. Значит, в мальчишке таилось нечто большее, чем просто потенциал «пушечного мяса» для чужих амбиций.

В нѣм была искра, которую можно было раздуть в контролируемое пламя. Грязное, опасное, но сильное.

С Джейн Хоппер было сложнее. Намного. Наблюдать за ней — это было себе дороже. Каждый еѣ шаг, каждая встреча отслеживалась зорким, недремлющим взглядом еѣ отца, старого «орла» Хоппера.

Подобраться к ней так же было невозможно.

Она была крепостью под круглосуточной охраной.

Джейсон — это другой разговор. Доступный, но заблокированный стеной высокомерия и семейных предрассудков. Нужно было найти подход.

И в этом ему поможет Уилл.

Прости меня, Уиллѣ. Прости, что моя жизнь мне дороже.

➖➖➖➖➖🔠🔠🔠🔠🔠
👁👁👁👁👁👁
🥸 §

Запись в дневнике. Дата смыта, чернила впитали запах пороха и лютого мороза.

Страницы пропахли порохом, холодом и... скукой. На полях, кажется, я играл с собой в крестики-нолики, отчитывал что-то столбиком и писал список продуктов. На русском. «Хлеб, молоко, яйца, совиные перья, папиросы». Бытовая магия — самая неистребимая.

🌟атуировка болит всѣ больше. Колется, как иголками, особенно к ночи. Газеты не врали, когда писали, что зло грядет. Хех, да. Они только не уточнили, что оно не придет в виде армии.

Сначала тихий шѣпот в голове, потом холод в костях, теперь этот проклятый зуд на коже. Как предупредительный сигнал от самого болота, на краю которого я когда то родiлся.

В последнее время крайне плохо сплю. Мерещится всякое. 👁👁. Они громче говорят, когда темно. Звон разбитого стекла, который уже лет двадцать как должен был стихнуть.

🔤о есть один плюс. Байерс стал хорошо практиковаться в тēмных искусствах.

🔤роклятья сходят ему с рук чище, чем у иного выпускника Академии. Ловко. Держу зуб, что Идэн — его рук дело.

. . . Грязная, личная, эмоциональная — ну прямо его почерк. Интересно, как исправлять будет. Недолго сломать, но пусть сам попробует.

Пусть поучится самостоятельности и поймùт, что обратная сторона медали всегда тяжелее.

🔤 сомневаюсь, что в нѣм должный потенциал; слишком уж эмоциональный. Бросается в бой, как щенок на сапог, не оценив размер сапога. Хотя чего уж... изначально меня поставили следить за дочкой Хоппера. И за Джейсоном. Система, будущее, чистая кровь. А Байерс проще пошѣл на контакт. Глупый. И от этого... живой.

Да и чего греха таить — Уилл змееуст. 🔤 многом это говорит. Очень о многом.

Но, может, я просто пытаюсь его оправдать. Уж слишком он на моего сынишку похож.

ЦАРСТВОЕ ЕМУ НЕБЕСНОЕ.

Такой же взгляд, когда ему страшно — не наружу, а вовнутрь. Та же привычка грызть губы, когда думает, что его не видят. И ту же колючку заботы о материнском покое носит под сердцем. Джойс жалко. Хорошая женщина.

. .Не хочу видеть в её глазах тот же пустой ужас. 🔤🔤🔤🔤

Во славу Векны.

➖➖➖🔠🔠🔠🔠 *️⃣
😀@willthewiseHPST :

Подопечный: Уилл Байерс, 6-й курс, Гриффиндор.
➖➖➖🤩

Это была странная встреча. Неформальная, лишенная привычных рамок.

Пока 🤩н теребил свой гриффиндорский, алый галстук, его ногти были обкусаны — нервы, чего уж.

Энзо же ходил туда-сюда перед камином; странная, этакая привычка. Шмыгнул носом раз, шмыгнул носом два.

— И как давно? — с явным, смягчънным, но все еще уловимым акцентом произнес преподаватель, останавливаясь напротив.

Вопрос прозвучал не как упрек, а как констатация.

Он заставил Байерса выпрямиться на стуле и, по детской привычке, под столом начать загибать пальцы, чтобы сосчитать:

— Э, ну, получается восемь, — сглотнул он, и голос дал легкую трещину. — Уже как восемь дней.

Восемь дней. Не неделя, не «давно». Конкретная, отмеренная единица времени.

Энзо хмыкнул — не понятно, то ли хмуро, то ли наоборот, одобрительно за точность.

Шмыгнул носом в третий раз.

Широкая ладонь провела по лицу, смазавая усталость, и остановилась, прикрыв рот на мгновение.

— И матери не говорил? — следующий вопрос прозвучал уже тише, почти интимно, отсекая все возможные пути к отступлению.

— Не говорил, — чуть тише, почти шепотом, произнес Уилл. И, будто заразившись нервным жестом, шмыгнул носом для себя — первый раз за разговор. Его длинные ресницы чуть дрогнули, отбрасывая тень на бледные щеки. — Времени не было.

Ложь. Прозрачная, как стёклышко.

В кабинете повисла пауза, наполненная лишь потрескиванием поленьев.

— Уилл..

— Да? — тот поднял взгляд, в котором читался и страх, и смутная надежда, что сейчас последует готовый ответ, рецепт, заклинание.

— Его не у кого не будет, если будешь молчать и дальше.