Вот говорят про поколение тик-тока, клиповое мышление и всё прочее. А для меня самое загадочное и поразительное — поколение, выросшее в девяностые, т.н. миллениалы, которым сейчас по 30–40 лет.
Обычно живёшь в парадигме, что есть оппозиционные люди, у которых понятный набор привычек, книжек, фильмов. Они считают советский режим преступным, равняются на диссидентов и т.д. А есть вот какие-то другие, часто отделённые от первых возрастом, люди, для которых надо родину любить, не нужно очернять всё, в советское время много всего хорошего было и т.д. Всё это может быть в разной степени, в разных формулировках, но примерно такое деление.
А после начала войны открылось какое-то третье направление. Люди, которые начитались в нулевые блога Артемия Лебедева, потом купили себе книжку «Пиши, сокращай», а теперь рассказывают, как в России удобно, комфортно, быстро, мягко, технологично и т.д. То есть они живут в какой-то собственной системе координат. Например, Артемий Лебедев очень не любит Советский Союз, пользуется айфоном и ездит на кадиллаке.
Это самое страшное собянинское поколение, для которого пуфик в офисе быстрый интернет в кофейне (и это не кооператив чёрный, а что-то вот мне неведомое) и электросамокат куда важнее. Страшное оно потому, что его никогда власть не воспитывала, оно появилось само, как мне кажется. И от этого страшно.
