Спокойный будний день в агентстве был прерван внезапным вторжением. Но "Чёрные ящерицы" под предводительством Чуи Накахары вызвали у эсперов вовсе не ожидаемый страх и трепет. Напротив, большинство членов организации, отвлёкшись лишь на пару мгновений, продолжили свою работу как ни в чём не бывало, с обречёнными вздохами заполняя бесчисленные отчёты. Встревожился лишь Куникида, в графике которого не было запланированных встреч на сегодняшний день.
- Что вам нужно? - поднявшись со стула, он подошёл к Чуе, глядя на него сверху вниз, как на провинившегося школьника.
"Чёрные ящерицы", ошеломлённые окружавшим их спокойствием, как один выгнули брови в недоумении. Накахара же внешне оставался невозмутимым, а его тщательно скрываемое нетерпение отражалось лишь слегка сбитым дыханием.
- Наше сотрудничество подошло к концу, - проговорил он будничным тоном. - Гильдия уничтожена, и ваша организация больше не представляет для Портовой мафии никакого интереса, -Чуя развернулся лицом к Хироцу и едва заметно кивнул.
В ту же секунду Куникиду оглушили звуки выстрелов, и он, не медля ни секунды, отдал приказ атаковать "Ящериц". Они справлялись с этой задачей не единожды, и, без всяких сомнений, избавятся от их назойливой компании и сейчас.
"Снова придётся увеличивать статью расходов", - подумал про себя Доппо, ловко перекидывая через плечо очередного стрелка.
В окружившем агентство хаосе никто не заметил внезапно пропавшего исполнителя, который не принял участия в стычке. Воспользовавшись моментом, он ускользнул из кабинета в поиске истинной причины своего визита.
"Причина" нашлась довольно быстро. Они пересеклись на лестнице, по которой Чуя спускался, а Дазай, напротив, вбегал, заслышав звуки выстрелов еще на улице. Не успел Осаму спохватиться, как тут же был утянут в ближайшую подсобку и плотно прижат к стене.
- Рад тебя видеть, Чу...
- Это ведь ты настоял на воссоединении, не так ли? - прервал его Накахара, хватая за грудки.
- Ну, если честно... - начал было Дазай, но снова был нагло перебит.
- Хотел вспомнить прошлое, а?
- И в мыслях не было, - он растянул губы в ухмылке. - С чего ты решил?
Взгляды синих и карих глаз встретились, сверкая в полутьме опасным огнём. Осаму усмехнулся и вытянул руку в сторону. Щёлкнул замок на двери.
- Ты всегда про это забываешь, - с лёгким упрёком прошептал он, наклонившись вплотную к Чуе.
- Заебал, - рыкнул Накахара, прежде чем впиться в чужие губы жадным, до одури пьянящим поцелуем.
Дазай и не думал сопротивляться. Приоткрыл рот чуть шире, позволяя Чуе углубить поцелуй, и обвил руками его шею, прижимаясь ближе.
- Ненавижу тебя, - Накахара отстранился на секунду лишь для того, чтобы прильнуть губами к обнажённой коже на шее. Осаму едва заметно вздрогнул, и, скрывая нарастающее в душе возбуждение, издевательски проговорил:
- Я заметил, д... - не успев закончить фразу, он подавил едва не вырвавшийся с губ стон, роняя голову на плечо Чуи.
Тот, довольный вызванной реакцией, продолжил оставлять укусы и краснеющие засосы там, где (Чуя-то знал наверняка) Дазай был чувствительнее всего.
Белоснежные бинты с шеи гибкой змеёй сползли на пол. Два плаща - чёрный и бежевый - были небрежно откинуты куда-то в сторону. Компанию им составили жилеты, перчатки, портупея и сверкнувший в темноте галстук-бохо. Но даже оставшись в одних лишь рубашках и брюках, оба юноши сгорали от нарастающего жара их тел.
Тяжело дыша, Накахара отстранился, наблюдая за сменяющимися эмоциями на столь знакомом лице.
- Не убежишь помогать своим товарищам? - с внезапной серьёзностью спросил Чуя, намеренно небрежно убирая со вспотевшего лба каштановые волосы.
"Могу ли я продолжить?" - именно так должен был звучать этот вопрос, но Дазай и так прекрасно знал, что гордость никогда не позволит Накахаре проявить заботу в открытую.
- Они справятся и без меня, - кивнул Осаму в знак согласия, улыбаясь со сладкой нежностью человеку, которого, по собственным же убеждениям, должен ненавидеть.
- Штаны, - приказал Чуя. - Снимай.
