Школа гражданского просвещения / Sapere Aude

Осенний призыв проходит на фоне увеличения штатной численности армии, роста военных расходов и запуска цифровой системы воинского учета и электронных повесток.

Одновременно государство продолжает делать ставку на набор контрактников, а правозащитники фиксируют новые риски для призывников, срочников и студентов.

Что все эти изменения означают? Насколько сегодня реально получить электронную повестку, не зная об этом? Как работают ограничения? И какие законные способы защитить свои права еще остаются?

📌 Об этом мы поговорили с Алексеем Табаловым — правозащитником, руководителем «Школы призывника» и выпускником Школы гражданского просвещения: https://youtu.be/I4zyoy8BhIo?si=qyJx2Mziqr_3vq-v

🔔 Если вам важны разговоры, которые помогают разобраться в происходящем и увидеть за новостями более широкие процессы, подписывайтесь на наш канал, ставьте лайк этому видео и делитесь им с теми, кому это может быть полезно!

Россияне всё больше устают от войны, перебоев с интернетом, экономических проблем и повседневных ограничений. Но вместо готовности к компромиссам растёт желание усилить удары, чтобы быстрее добиться победы.

Тем временем Кремль проверяет границы допустимого в Европе: диверсии, кибератаки, повреждение инфраструктуры, вторжения беспилотников. Каждый отдельный инцидент кажется недостаточным поводом для серьёзного ответа. Но вместе они постепенно меняют представление о том, что считается нормой.

Почему европейская осторожность может только поощрять Кремль? Как сдерживать Россию, не провоцируя большую войну? И что делать Европе, если прежние международные правила перестают работать?

📌 Читайте на нашем сайте обзор трёх аналитических текстов Андрея Колесникова, Дэвида Джио и Марка Леонарда о том, почему эскалация становится политической стратегией Кремля и как Европа пытается на неё отвечать: https://sapere.online/eskalatsiya-kak-sposob-vyzhivaniya-i-paralich-evropejskogo-sderzhivaniya-chto-pryamo-sejchas-proishodit-mezhdu-rossiej-i-evropoj/

Мы все чаще просим ИИ «докрутить идею», «поправить стиль» или «набросать план». Но что, если за каждую сэкономленную минуту мы расплачиваемся собственной индивидуальностью и когнитивными способностями?

Если текст вокруг нас становится все более унифицированным — что произойдет с языком, на котором мы говорим, и в конечном итоге с нашим мышлением?

📌 Пересказываем, что об этом пишут исследователи и журналисты, анализирующие технологические тренды.

https://sapere.online/naklonyaeshsya-k-litsu-i-nahodish-lish-masku-za-kotoroj-net-cheloveka/

Разрушение привычного миропорядка и возвращение больших войн снова сделали актуальными вопросы, которые, казалось, навсегда остались в прошлого веке. Но так ли неизбежен возврат к «праву силы»?

Андрей Яковлев — ассоциированный исследователь Центра Дэвиса в Гарварде и приглашенный исследователь Свободного университета в Берлине — убежден, что нынешний откат не предопределен.

В интервью Sapere Aude он объясняет:

🔹 Как фактор насилия и коалиции элит формировали государства на протяжении истории.

🔹 Почему российский режим променял глобальную интеграцию на логику «осажденной крепости».

🔹 Как европейский опыт после 1945 года доказывает, что правила и долгосрочный диалог в конечном счете остаются выгоднее войны.

https://sapere.online/est-alternativy-garantij-ih-realizatsii-net-no-eto-ne-znachit-chto-vse-predopredeleno/

🗳 В России начинаются выборы. Три дня голосования, избирательные участки, бюллетени — внешне все атрибуты выборов на месте.

Но можно ли считать выборами процедуру в стране, где практически отсутствует политическая конкуренция? И если нет, то зачем тогда в ней участвовать?

Сегодня мы хотим поговорить не о том, за кого голосовать, а о том, какой смысл вообще остается у выборов в несвободной стране.

Зачем они нужны власти? Зачем они могут быть нужны гражданам? И что практически может сделать человек, который не хочет просто наблюдать со стороны?

Об этом мы поговорили с Екатериной Белянкиной — выпускницей Школы гражданского просвещения и руководительницей проекта «Школа выборов».

📌 Смотрите интервью на нашем YouTube-канале: https://www.youtube.com/watch?v=otkpHrSnPHs

Кажется, что если в России отменить выборы, ничего не изменится. Но тогда зачем власть тратит на них огромные ресурсы, параллельно выдавливая любых независимых кандидатов?

В интервью Sapere Aude бывший сопредседатель движения «Голос» Станислав Андрейчук объясняет, что осталось от института выборов, стоит ли в них участвовать и как действовать избирателю, если его кандидата сняли.

📌 Читайте текстовую версию видеоинтервью на нашем сайте: https://sapere.online/eto-skoree-besproigryshnaya-lotereya-chem-igra-s-naperstochnikami/

9 сентября 1990 года по дороге на утреннюю службу был убит священник Александр Мень.
 
Отец Александр был близким другом Юрия Сенокосова и Лены Немировской и одним из тех людей, чье представление о свободе, просвещении и личной ответственности во многом сформировало интеллектуальную среду, из которой выросла будущая Школа гражданского просвещения.
 
В конце 1980-х Русская православная церковь для многих была частью надежды на освобождение общества от советского государства. Александр Мень говорил с людьми на языке свободы, культуры и личного выбора.
 
Спустя 36 лет руководство РПЦ благословляет войну, а сама церковь оказывается встроена не только во внутреннюю политику российского государства, но и в его внешнеполитическую инфраструктуру.
 
Как произошел этот путь? Был ли он неизбежен? Что осталось сегодня от того русского христианства, которое представлял Александр Мень? И может ли оно пережить государство и церковную систему, которые пытались его уничтожить?
 
Об этом мы говорим с Ксенией Лученко — журналисткой и исследовательницей новейшей истории Русской православной церкви, автором книги «Благими намерениями. Русская православная церковь и власть от Горбачева до Путина».

📌 Смотрите интервью на нашем YouTube-канале: https://www.youtube.com/watch?v=m8RgAhOZM18

Германия закрывает российское генконсульство в Бонне и прекращает соглашение, по которому работает «Русский дом» в Берлине.

Повод — попытка атаки дроном со взрывчаткой аэропорта Лейпциг/Галле. Немецкие власти возложили ответственность на Россию. Москва это отрицает.

Почему именно Германия стала одной из главных мишеней российского влияния? Как связаны спецслужбы, дезинформация, боты, политические крайности и попытки раскачать общество изнутри?

Об этом Арндт Фрайтаг фон Лорингхофен и Леон Эрленхорст написали книгу «Путин атакует Германию».

Главная мысль книги сегодня звучит особенно остро: задача такого воздействия — не просто заставить людей поверить очередному фейку. Гораздо важнее заставить их не верить никому: государству, медиа, демократическим институтам, друг другу.

Когда-то это можно было воспринимать как предупреждение. Сегодня Германия уже принимает ответные меры.

📚 Читайте книгу в Библиотеке Школы:
https://biblio.school/pub/putin-atakuet-germaniyu/

🎞 И пересмотрите выступление Арндта Фрайтага фон Лорингхофена в Школе. Сейчас этот разговор звучит совсем иначе: https://www.youtube.com/watch?v=x7c9SjOZUAU&t=431s