Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
сделать невозможное
я вообще не очень насмотренный человек в поле работ современного танца. не только потому, что какие-то житейские обстоятельства этому препятствуют – просто я как будто нахожу свой интерес по касательной к тому, что большей частью делается в этом поле, и не чувствую достаточно запала углубляться.
но есть то, что для меня лежит в основе моих интересов и представлений о том, что вообще должно происходить, чтобы мир стал лучшим местом, и «лаборатория самозванства» дмитрия волкова, вика лащенова и веры щелкиной, вышедшая в 2018 году, одна из таких вещей.
вроде бы, чтобы двигаться дальше, нужно обновлять свой багаж знаний, а с другой стороны, я уже несколько лет обнаруживаю, каким мощнейшим драйвером может быть то, что ты полюбила, во что поверила вот уже много лет назад, как можно продолжать черпать содержание и силы в этом.
первый раз, когда я попала на «лабораторию», я была зрителем. они сделали такой формат, хотя принципиально ничего не стали показывать. свидетельствовать можно было сам процесс практики. да, «лаборатория» – это практика. вроде бы.
там были странные, ни на что не похожие задания, вроде асан в виде поз супергероев. но одно из них звучало просто абсурдно – нужно было выйти и сделать невозможное. участники выходили – и вроде бы ничего не происходило. вообще.
я помню, что смотрела на лизу владимирову, когда у меня внутри произошел беззвучный, колоссальный взрыв. я сделала невозможное. то, что казалось таким на тот момент: весь прошедший год перед моими глазами как будто висела черная тень. прожорливая черная дыра. она заслоняла мне мир, и я не могла выносить суждения, не видя ее. не могла составлять о себе мнение без оглядки на ее мнение. в тот момент я впервые смогла взглянуть сквозь нее, снять ее пелену. я увидела обновленный мир, и долго сотрясалась в рыданиях. после показа я почти бегом пробежала несколько районов москвы, добравшись пешком домой. дома меня накрыло огромное наслаждение и расслабление. еще пару дней я видела мир как будто в белесой светящейся дымке. подобного эффекта мне не дала випассана и вообще что-либо еще.
можно сказать, что это случайность, что так совпало, но из случайностей и совпадений складываются все плейлисты. мне нужна была кодовая фраза, хотя я не знала об этом, и эта фраза оказалась: сделать невозможное.
к чему же я веду? я вижу развилку, как заканчивать текст. с одной стороны, мне хочется отметить, по крайней мере, на полях, как важно бывает просто побыть наблюдателем перформативного процесса. что это полноценный способ участия. из формата «лаборатории самозванства» растет мое стремление создавать практики-высказывания, хотя я приблизилась к этому лишь отчасти. решение открыть для наблюдения ландшафт – компромиссный (потому что там все-таки есть подобие показа) способ создать предпосылки для опыта, который когда-то прожила я сама.
с другой стороны, мне хочется отметить парадоксальную мудрость инструкции «сделать невозможное». в конечном итоге это то, чем мы занимаемся. чаще всего не такими пронзительными, тысячекратно ускоренными прозрениями, а медленно и невидимо для самих себя. но вот – сегодня можно помыслить и сделать то, что было недостижимо год, полгода, пару месяцев назад. так мы становимся самозванцами, само-названными, само-призванными и утвержденными. и все же есть еще чудо воображения, и иногда оно позволяет совершать невозможные, казалось бы, скачки в мгновение ока.
я вообще не очень насмотренный человек в поле работ современного танца. не только потому, что какие-то житейские обстоятельства этому препятствуют – просто я как будто нахожу свой интерес по касательной к тому, что большей частью делается в этом поле, и не чувствую достаточно запала углубляться.
но есть то, что для меня лежит в основе моих интересов и представлений о том, что вообще должно происходить, чтобы мир стал лучшим местом, и «лаборатория самозванства» дмитрия волкова, вика лащенова и веры щелкиной, вышедшая в 2018 году, одна из таких вещей.
вроде бы, чтобы двигаться дальше, нужно обновлять свой багаж знаний, а с другой стороны, я уже несколько лет обнаруживаю, каким мощнейшим драйвером может быть то, что ты полюбила, во что поверила вот уже много лет назад, как можно продолжать черпать содержание и силы в этом.
первый раз, когда я попала на «лабораторию», я была зрителем. они сделали такой формат, хотя принципиально ничего не стали показывать. свидетельствовать можно было сам процесс практики. да, «лаборатория» – это практика. вроде бы.
там были странные, ни на что не похожие задания, вроде асан в виде поз супергероев. но одно из них звучало просто абсурдно – нужно было выйти и сделать невозможное. участники выходили – и вроде бы ничего не происходило. вообще.
я помню, что смотрела на лизу владимирову, когда у меня внутри произошел беззвучный, колоссальный взрыв. я сделала невозможное. то, что казалось таким на тот момент: весь прошедший год перед моими глазами как будто висела черная тень. прожорливая черная дыра. она заслоняла мне мир, и я не могла выносить суждения, не видя ее. не могла составлять о себе мнение без оглядки на ее мнение. в тот момент я впервые смогла взглянуть сквозь нее, снять ее пелену. я увидела обновленный мир, и долго сотрясалась в рыданиях. после показа я почти бегом пробежала несколько районов москвы, добравшись пешком домой. дома меня накрыло огромное наслаждение и расслабление. еще пару дней я видела мир как будто в белесой светящейся дымке. подобного эффекта мне не дала випассана и вообще что-либо еще.
можно сказать, что это случайность, что так совпало, но из случайностей и совпадений складываются все плейлисты. мне нужна была кодовая фраза, хотя я не знала об этом, и эта фраза оказалась: сделать невозможное.
к чему же я веду? я вижу развилку, как заканчивать текст. с одной стороны, мне хочется отметить, по крайней мере, на полях, как важно бывает просто побыть наблюдателем перформативного процесса. что это полноценный способ участия. из формата «лаборатории самозванства» растет мое стремление создавать практики-высказывания, хотя я приблизилась к этому лишь отчасти. решение открыть для наблюдения ландшафт – компромиссный (потому что там все-таки есть подобие показа) способ создать предпосылки для опыта, который когда-то прожила я сама.
с другой стороны, мне хочется отметить парадоксальную мудрость инструкции «сделать невозможное». в конечном итоге это то, чем мы занимаемся. чаще всего не такими пронзительными, тысячекратно ускоренными прозрениями, а медленно и невидимо для самих себя. но вот – сегодня можно помыслить и сделать то, что было недостижимо год, полгода, пару месяцев назад. так мы становимся самозванцами, само-названными, само-призванными и утвержденными. и все же есть еще чудо воображения, и иногда оно позволяет совершать невозможные, казалось бы, скачки в мгновение ока.