Мы предпосылаем поэтому предлагаемую полемическую работу нашим самостоятельным произведениям, в которых мы изложим — разумеется, каждый из нас в отдельности — наши положительные взгляды и вместе с тем нашу положительную точку зрения по отношению к новейшим философским и социальным доктринам.
Париж, сентябрь 1844 г.
Энгельс. Маркс "Критика критической критики".
Критикуя позитистов старательно опираясь на наличие в лексиконе слова "положительный" можно далеко зайти. Например, дойти до рекламы умозрения, спекуляции. В то время, как у отцов-основателей та же самая критика политэкономии (как крайнего выражения теории буржуазии) имела под собой основание эмпирический опыт. Или пропускать мимо внимания аналогию на общество-лицо в речах товарищей, которую Маркс неплохо раскритиковал в лице Прудона в "Нищете философии".
Вообще вопрос о познании мышления лишь с помощью мышления это дискуссия ведущая в рекурсию.
"Я дивлюсь почему я дивлюсь почему я дивлюсь почему я дивлюсь"
Бороться с позитивизмом можно и по-другому.
Ну, например обнаруживать логические ошибки в их выводах, как у Хайдта.
Напомню: в своей книге Дж.Хайдт обнаруживает в ходе исследований (подтвержденные в ходе опытов нейробиологические результаты), что людям свойственно стремиться быть причастными к чему-то грандиозному. Зато квазинаучный вывод приводит к потребности в религии. Просто удовлетвориться причастностью к научно-техническому и социальному прогрессу человек, по мнению Хайдта, не может и автор вынужден нарушить закон достаточного основания.
У другого позитивиста Канемана есть некое абстрактное "так было всегда и это неизменно". В своих исследованиях он показывает, что люди, узнавая детали о своих когнитивных искажениях тем самым их преодолевают. Но, оказывается, не все иллюзии так можно преодолеть. Есть точка, для которой важно "где мы", но неважно "как мы тут оказались". Принцип историзма к личности применить невозможно, судя по выводам автора.
Для человеческого мышления буду важны два вопроса "о чем" и "как" думаем.
Например, можно применять критику 30х годов к критикам одного философа 60х годов. Ведь ситуации полностью идентичные, на первый взгляд. А на самом ли деле так?