Вообще по поводу наставников/супервизоров и преподавателей заметила интересную штуку. Недавно обсуждали с подругой её опыт с несколькими психологами, то, как отношение к человеку и специалисту могут не пересекаться и полярно меняться, а я поняла, что мои самые драматичные и динамичные отношения у меня складываются с ... преподавателями по вокалу. Это стало открытием для меня! Я начала заниматься вокалом в доме молодежи, ещё когда жила в пунке, году, наверное, в 2016 или 2017. С тех пор у меня было 5 преподавательниц (кажется, ровно столько же было и психологов). С первой было очень комфортно, я получала много поддержки, но мне как раз не хватало какой-то конструктивной критики, чтобы развиваться и что-то улучшать. В 2019 я нашла преподавательницу, с которой была, как сейчас это называется, в настоящих абьюзивных отношениях, да ещё и года три. И, по классике таких отношений, их было очень тяжело закончить, даже несмотря на то, что я часто испытывала стыд, или вину, или злость на то, что ко мне относятся несправедливо, требуют стараться всё больше и больше, хотя прикол (как оказалось потом) был именно в том, чтобы убрать лишние старания, почувствовать свободу и комфорт во время пения. При этом я была ей очень благодарна, мне казалось, что она заметила во мне возможности и хочет, чтобы я их лучше прокачала. От некоторых других её учениц я потом узнала, что им она часто говорила что-то вроде: "у тебя нет голоса, я тебя держу здесь только потому, что ты можешь стихи хорошо прочитать на конкурсе". Короче, она довольно много унижала, стыдила и вообще держала всех своих учениц в жёстком напряжении. У неё на занятиях я узнала, что у меня есть сильный голос, но, к сожалению, он оказался задавлен многочисленными зажимами, которых я там же и нахваталась. Потом был короткий срок занятий перед записью Работы сна, а после ещё одни довольно длительные вокальные отношения, в которых моей главной целью было перестать бесконечно напрягаться. Получалось с переменным успехом: на занятиях я забиралась всё дальше по диапазону и даже начинала осваивать свистковый регистр (это очень высокие ноты, типа вот как Ариана Гранде подвывает где-то там в небесах), но на концертах я периодически-стабильно лажала и временами отчаиваялась, была готова смириться, что петь чисто - это просто не про меня, видать. Было странно, что я получаю много похвалы и даже восхищения от преподавательницы, но собой я оставалась стабильно недовольна. Не знаю, в этом ли дело, но отношения с этой преподавательницей были сложные, в них был какой-то странный заряд: с одной стороны, они были дружеские и доброжелательные, мы даже побывали на концертах друг у друга. С другой стороны, в них, похоже, были размыты границы и не совсем ясны некоторые правила, так что временами я вертела головой и не очень понимала - "а это норм или нет? то, что я злюсь на её опоздание - это ок или не ок?". Наверное, я бы не ушла, если бы не решила попробовать учиться более официально - на курсах в училище Мусоргского, что она, кстати, восприняла довольно токсично. Начала искать информацию, кто там преподает, сообщила мне, что никого там не знает и подытожила всё это фразой "понаберут всяких". Окей. Расстались мы как-то совсем паршиво: я впервые решила попросить её продлить занятие на время её небольшого опоздания, но получила волну недовольства и осуждения.
Так или иначе, но через училище я нашла мою нынешнюю преподавательницу и, кажется, в этот раз случился настоящий мэтч. Но об этом уже как-нибудь в другой раз!
