WASLI EECAC

Оказывается, есть тренеры йоги, специализирующиеся на работе с переводчиками, и не просто со всеми переводчиками, а именно с переводчиками жестового языка:)

В подборке выше три шага к успокоению и освобождению от стресса во время перевода:

01. Сядьте на край стула и упритесь ступнями в пол.

02. Представьте, что у вас в животе шарик, который надувается на вдохе и сдувается на выдохе.

03. вдохните на 2 счета и выдохните на 2 счета, а позже 4/4.

Внутриязыковые техники перевода по Кристоферу Тестеру:

1. Стратегические опущения (Napier, 2001)

В этой категории переводчик сознательно опускает некоторые детали, чтобы повысить
эффективность перевода:  переводчик знает коммуникативный репертуар адресата и подстраивается под его содержание.

2. Стратегические уточнения (Leeson, 2005; Siple, 1995,1996 in Napier, 2001)

Сознательные решения
переводчика добавить информацию с целью сделать исходное сообщение понятным для
целевой аудитории. Бывают субъективными и объективными.

Объективные это экспликация. (пример в картинках)
В приведенном примере слышащий переводчик  использует жест ДОКАЗАТЕЛЬСТВО с артикуляцией слова, использованного судьёй (proof).
Глухая переводчица сохранила жест ДОКАЗАТЕЛЬСТВО в своем переводе и добавила три типа доказательств: фотографии,
свидетельские показания и документы, содержащие письменные доказательства.

Субъективными называются дискурсивные дополнения.
В примере слышащий переводчик показывает два жеста "ТЕЛЕФОН ВЫКЛЮЧИТЬ", в то время как глухой переводчик  использует визуализацию, чтобы продемонстрировать подразумеваемую информацию, заложенную во фразу “выключите телефоны”, а именно визуализирует убирание телефона и жест "тсс". Положить
телефон в карман и сказать "тсс" - это способ переводчика продемонстрировать нормативное
поведение в зале суда, которое может быть визуально неочевидным для глухого человека. Это еще одна форма
контекстуализации в действии.

3. Стратегический повтор и парафраз

Переводчик может намеренно перефразировать исходное сообщение по целому ряду причин. Он/
она может решить сделать краткий пересказ коммуникативного события, повторить исходное сообщение с
изменением эмфатического ударения или повторить перевод для подтверждения понимания (Romero-Fresco, 2012; Szarkowska et al.,
2016). Ещё одним методом является отзеркаливание  (Boudreault, 2005), когда переводчик повторяет исходное высказывание для полного доступа к коммуникации, который в противном случае был бы невозможен в связи с ограничениями зрительного поля.

В примере глухая переводчица намеренно отчётливо дактилирует каждую букву и делает это медленнее, чем слышащий переводчик. И хотя оба переводчика продактилировали слово "июнь", основной корректировкой была скорость, которая была адаптирована под клиента. Глухая переводчица объяснила,  что это было сделано из-за того, что эти глухие не очень хорошо владеют
английским языком, и в прошлом обе стороны появлялись в суде в неправильные даты или время.

Внутриязыковой перевод в зале суда: этнографическое исследование восприятия глухими переводчиками своей роли и положения в Соединенных Штатах


Кристофер Тестер


Перевод в зале суда - это институциональная деятельность, в которой участвуют множество заинтересованных сторон,
включая переводчика (Angelelli, 2004; Mikkelson, 2008).
Это исследование посвящено вопросам восприятия глухими
переводчиками своей роли и функций в суде. Глухие переводчики - это неслышащие
переводчики жестового языка, которые прошли повышение
квалификации в США и в других странах мира. В залах судебных заседаний глухие переводчики
обычно работают вместе с переводчиками, не являющимися носителями языка, это значит, что часть процесса перевода, выполняемую глухим переводчиком, можно назвать внутриязыковой (интралингвальной).


В данном (авто)этнографическом исследовании рассматриваются работа глухих переводчиков в судах, а также интервью и наблюдения за глухими и не-глухими переводчиками. Исследование опирается на
теорию внутриязыкового перевода, исследования устного перевода, исследования устного перевода в зале суда и
исследования глухих переводчиков.

С учетом концепции участия Гоффмана (1981) и теории транслингвации (De Meulder et al., 2019; García & Wei, 2014), полученные результаты показывают, как статус глухих
переводчиков в залах судебных заседаний (является ли переводчик штатным или самозанятым)  сформировали систему совместного участия в работе судов, что, в
свою очередь, влияет и на выбор переводчиком лексем и соответствий.

В этом исследовании также была разработана таксономия внутриязыкового перевода, построенная на основе микростратегий внутриязыкового перевода Зетсена (2009) для наблюдения и анализа 
внутриязыковых техник перевода глухого переводчика. Благодаря внутриязыковой таксономии устного перевода и
системе участия мы видим, что глухие переводчики воспринимают себя в качестве основного актора команды переводчиков и используют дискурсивные практики, соответствующие
знаниям глухого человека (или их отсутствию) и опыт работы в зале суда. Своей работой Кристофер Тестер подтверждает, что
внутриязыковой перевод - это обширная и мультимодальная практика перевода.

Понимание академических лекций при посредничестве переводчика на международном жестовом языке и национальном жестовом языке в Нидерландах


Лори Вайнот


Глухие исследователи и ученые давно обратили внимание на проблему языковой доступности международных конференций. Глухие участники конференций пользуются разными жестовыми языками, что влияет на предоставление услуг устного перевода и понимание лекций. В последние годы все споры сосредоточены вокруг официальных языковых решений конференций о предоставлении устного перевода, будь то с использованием отдельных национальных жестовых языков или формирующегося лингва франка, известного как International Sign (IS). Очень мало известно о различиях в понимании между лекциями, переведенными на международные жесты, и лекциями, переведенными на национальный жестовый язык.

Это исследование ставило своей задачей найти ответы на следующие вопросы:
1) Насколько хорошо разные глухие аудитории понимают лекции при посредничестве переводчика на международных жестах?
2) Как понимание лекций, переведенных на международные жесты, соотносится с пониманием лекций, переведенных на естественный жестовый язык сообщества?

В исследовании принимали участие три различные группы:
1) Глухие участники из Нидерландов, которые смотрят две академические лекции с помощью голландского жестового языка при посредничестве переводчика /Nederlands Gebarentaal (NGT),
2) Глухие участники из Нидерландов, Китая и Бельгии, которые смотрят те же самые лекции с помощью международных жестов при посредничестве переводчика (IS), и
3) слышащие участники, которые слушают лекции непосредственно с английского языка.
Степень понимания оценивалась с помощью вопросов с множественным выбором и субъективных рейтинговых шкал Лайкерта. Полученные результаты согласуются с предыдущими исследованиями по пониманию лекции, проводимой при посредничестве сурдопереводчика; а именно, глухие слушатели демонстрируют меньшее понимание при устном переводе лекций, чем их слышащие коллеги.

Согласно исследованию, усвоение материала лекции составило 65%-75% для тех, кто смотрел перевод на национальном жестовом языке, 85-92% для слушателей английского оригинала, и 53-54% для тех, кто смотрел лекцию в переводе на международные жесты.
Стоит отметить, что для участия в исследовании были приглашены опытные сертифицированные переводчики с соответствующим образованием, а в качестве тем лекций были выбраны незнакомые для слушателей и несвязанные друг с другом научные направления (вымирающие виды животных и психология отношений). После исследования переводчиков попросили оценить сложность тематики и то, насколько было легко с ней справиться.

Глухие слушатели, которые полагались на перевод на национальный жестовый язык (NGT), показали несколько лучшие результаты, чем пользователи других жестовых языков, которые полагались на синхронный перевод лекций. Различия в понимании были значимыми только для китайских участников (CSL), но не для голландских и бельгийских участников (пользователей LSFB, NGT, VGT) по вопросам понимания. Однако были выявлены существенные различия между аудиторией переводчиков NGT и их коллегами, которые полагались на лекции, проводимые при посредничестве переводчика, в связи с сообщенным увеличением знаний по теме после лекции. Полученные результаты способствуют дальнейшему пониманию понимания академического дискурса при посредничестве переводчика и, в частности, эффективности устного перевода IS.

Необходимость критического подхода к образованию переводчиков

Наоми Шенеман

В основе доклада - более 22 лет опыта работы в качестве преподавателя-переводчика. Наоми работала с различными учебными заведениями, национальными/местными грантами на развитие устных переводчиков и НПО, которые предлагают возможности для развития устных переводчиков.

Наоми Шенеман - первая глухая женщина, получившая степень в области устного перевода в Галлодетском университете. Ее диссертационное исследование было посвящено влиянию экстралингвистических знаний на работу переводчиков.

***

Существует значительный пробел в критических подходах (критическая расовая теория, критическая теория дискриминации и критическая теория глухоты) в образовании переводчиков, профессиональном развитии переводчиков, практике наставничества и оценке квалификации.

В обучении переводу и профессиональном развитии в значительной степени доминируют трудоспособные неглухие гетеронормативные белые люди. Именно по их системе сейчас обучают переводчиков в США. Результатом этого стала профессионализация - это когда те, кто находится у власти, берут профессию под свой контроль, а в подходах к наставничеству отсутствует стандартизация. По окончании программ обучения начинающие переводчики часто не готовы работать с различными группами глухих: цветными людьми, ЛГБТКИА, слепоглухими, и др. В свою очередь, представители этих категорий вынуждены пользоваться услугами неподготовленных переводчиков. Аттестации устных переводчиков, используемые в программах обучения или на квалификационных экзаменах, часто лишены этих критических моментов и не дают существенной обратной связи о том, как переводчики могут улучшить свою работу.

Наоми Шенеман обратила внимание, что на данный момент студенты формируют свое мнение о сообществе глухих в основном через призму своих преподавателей, т.е. белых женщин традиционной ориентации, что значительно сужает их представления о сообществе, а также указала на недостаточную работу над надпрофессиональными социальными компетенциями переводчиков (софт скилс): из-за нехватки специальных знаний переводчики не знают как работать, например, с глухими беженцами, вследствие чего не могут правильно установить контакт с глухим получателем перевода. Возникает культурный дисбаланс, в котором переводчик доминирует над глухим клиентом: "Я - переводчик, значит это ты нуждаешься во мне". Отдельно было отмечено, что переводчик должен быть частью сообщества глухих, и эти отношения не должны ограничиваться вопросами как перевести то или иное слово.

Таким образом, Шенеман предлагает включить в программы подготовки переводчиков три основных компонента: критическая расовая теория, критическая теория дискриминации и критическая теория глухоты.