🙃 Должник взял кредит на лечение сына с ДЦП, а затем обанкротился. Апелляция отказала ему в списании долга, но кассация встала на сторону должника. В апреле 2024 года заявитель был признан банкротом. Единственным кредитором выступал Сбербанк с требованием на сумму около 10,2 млн рублей.
1️⃣ Суд первой инстанции освободил должника от обязательств, не усмотрев признаков недобросовестности. Должник пояснил, что кредитные средства были направлены на лечение сына, страдающего ДЦП, и представил медицинские документы.
2️⃣ Апелляция отменила это определение. Суд указал, что должник якобы создал искусственную видимость высокого дохода для получения кредита и не подтвердил расходы на лечение надлежащим образом: часть документов не была переведена на русский язык.
3️⃣ Арбитражный суд Уральского округа не согласился с таким подходом. Он отметил, что Сбербанк не представил доказательств злостного уклонения от исполнения обязательств, сокрытия доходов или имущества и иных недобросовестных действий должника.
Отсутствие перевода медицинских документов также не могло быть безусловным основанием для их отклонения: содержание документов позволяло установить медицинское учреждение, получателя услуг, период лечения и стоимость. В результате кассация отменила постановление апелляции и оставила в силе определение суда первой инстанции.
«Суд кассационной инстанции в указанном деле абсолютно справедливо отменил апелляционное постановление и оставил в силе судебный акт суда первой инстанции. Прежде всего, очень много внимания в постановлении суд посвятил самому процессу, в частности, вопросу оценки доказательств. Суд округа указал на необоснованное непринятие и переоценку апелляционным судом доказательств расходования кредитных средств на лечение ребенка. Обращает на себя внимание позиция суда о возможности принятия медицинских документов на иностранном языке без перевода, если они относимы к делу по существу.
Кроме того, кассационный суд, руководствуясь установленными по делу обстоятельствами, правильно указал на недоказанность недобросовестности в действиях должника, расписал почти «по пунктам», что нужно доказать, возражая против ходатайства кредитора о неосвобождении от обязательств. Это имеет существенное практическое значение. Ну и, конечно, с учетом жизненной ситуации должника в данном деле, с учетом всех представленных документов, кажется, что по делу просто не могло быть принято иное решение», — отметил управляющий партнер юридической фирмы a3.legal Антон Иванов.
Практический вывод от 😍: Сам по себе кредит на лечение ребенка не гарантирует списание долга. В процедуре банкротства важно документально подтвердить, куда были направлены заемные средства, и раскрыть причины, по которым должник перестал исполнять обязательства. Чем полнее доказательства, тем меньше оснований трактовать банкротство как недобросовестное поведение.
Полный материал читайте на портале
«PROбанкротство».@a3_legal