В большое панорамное окно, которого, как показалось Контрабасову, здесь раньше не было, открывался великолепный вид. Там был пляж с белым песком, голубой океан, закат, а с другой стороны рассвет, много местных граждан в бикини, пиратский корабль, выброшенный на берег, из дыры в боку которого струйкой сыпались золотые монеты. Ещё там были танцующие киты и ноги великана. Самого великана не было видно, выше колен он терялся в облаках. Облака, кстати, были очень разнообразные - в форме будильника, аэростата, экскаватора, ложки и помидора.
На доске для сёрфинга по океану идеально скользил трёхголовый абориген в золотых плавках, а все остальные аборигены с восторгом ему аплодировали.
- А эти местные похожи на Арбузова, - пробормотал Контрабасов себе под нос, - только голов у них побольше.
Дверь в столовую была распахнута. Лакеи в ливреях поклонились Контрабасову, пропуская его внутрь. Внутри было битком народу, все в парадных мундирах. На сцене, которой прежде Контрабасов в столовой не замечал, Командора награждали сразу несколькими орденами - Перцефоном Первозданным, Дроздомоной 1-й степени, Пентагонием Великопученником, Афанасием Претолстым и ещё какими-то, чьих названий Контрабасов не знал. Ему даже показалось, что Командор как будто бы стал повыше, награждающим даже приходилось подниматься на лесенку, чтобы дотянуться до его могучей груди, облачённой в белый китель с сияющими золотыми пуговицами. Оркестр гремел "Ламбаду". Тут Контрабасов заметил среди рукоплескающей публики своего двоюродного прадедушку, адмирала в отставке Контрабасова А.А., который при встрече любил трижды расцеловать двоюродного правнука в обе щёки. Дедуля уже радостно махал и вытягивал губы трубочкой, намекая на традиционное контрабасовское приветствие. Забыв о слонах и закусках, Контрабасов попятился из столовой и побежал по коридору. Официанты попадались всё реже и реже, а скоро совсем кончились. Коридор уменьшился в размерах, лишился золотых люстр и бархатных портьер и до того поскучнел, что привёл Контрабасова к двери с надписью "Лаборатория". Сначала Контрабасову показалось странным, что дверь в лабораторию подперта шваброй, он даже немножко испугался, но любопытство победило и лейтенант, осторожно убрав швабру, и вооружившись ею, приоткрыл дверь. Внутри всё оказалось совсем не так страшно, разве что доктор Копушелко опять забыл принять душ.
- Доктор, - сказал Контрабасов, от волнения принявшись тереть пол шваброй, - там с кораблём что-то не то. У Командора вечеринка в столовой с прадедулей, в моей каюте стая слонов, а Леев ездит по потолку в автомобиле!
- Замечательно, прекрасно, - рассеянно сказал доктор, - вы, голубчик, не видели тут нигде металлического шлема? Куда я его дел, ума не приложу...
- Что за Маня? Впрочем, на Лееве был какой-то странный шлем.
- Какой молодец Корбюзье, - похвалил доктор, - правильно, занимаясь спортом, нужно всегда надевать шлем. Я вот всегда надеваю, когда играю в шахматы.
- Непонятно что делать со слонами...
- А слоны, мой дорогой, ходят наискосок. Я вам сейчас покажу, надо только найти доску...
- Слоны прямо в каюте и ходят куда попало.
- Что вы говорите! Так вы завели питомцев! Как мило... на Лееве странный шлем, так-так, - сказал доктор и выбежал из лаборатории. Контрабасов побежал за ним.
- Видите ли, голубчик, - пыхтя, объяснял доктор на бегу, - пропавший шлем есть не что иное, как Портативный Аккумулирующий Распределитель Физичности Объектов Задуманного, сокращённо ПАРФОЗ. Стоит индивиду надеть себе на голову ПАРФОЗ, как любая его мысль тут же станет реальностью. Разумеется, использовать шлем следует с осторожностью, и я как раз собирался оснастить своё изобретение надёжной тормозной системой, как вдруг оно пропало...
- Как пить дать, парфоз украли, - продедуктировал Контрабасов.
На доске для сёрфинга по океану идеально скользил трёхголовый абориген в золотых плавках, а все остальные аборигены с восторгом ему аплодировали.
- А эти местные похожи на Арбузова, - пробормотал Контрабасов себе под нос, - только голов у них побольше.
Дверь в столовую была распахнута. Лакеи в ливреях поклонились Контрабасову, пропуская его внутрь. Внутри было битком народу, все в парадных мундирах. На сцене, которой прежде Контрабасов в столовой не замечал, Командора награждали сразу несколькими орденами - Перцефоном Первозданным, Дроздомоной 1-й степени, Пентагонием Великопученником, Афанасием Претолстым и ещё какими-то, чьих названий Контрабасов не знал. Ему даже показалось, что Командор как будто бы стал повыше, награждающим даже приходилось подниматься на лесенку, чтобы дотянуться до его могучей груди, облачённой в белый китель с сияющими золотыми пуговицами. Оркестр гремел "Ламбаду". Тут Контрабасов заметил среди рукоплескающей публики своего двоюродного прадедушку, адмирала в отставке Контрабасова А.А., который при встрече любил трижды расцеловать двоюродного правнука в обе щёки. Дедуля уже радостно махал и вытягивал губы трубочкой, намекая на традиционное контрабасовское приветствие. Забыв о слонах и закусках, Контрабасов попятился из столовой и побежал по коридору. Официанты попадались всё реже и реже, а скоро совсем кончились. Коридор уменьшился в размерах, лишился золотых люстр и бархатных портьер и до того поскучнел, что привёл Контрабасова к двери с надписью "Лаборатория". Сначала Контрабасову показалось странным, что дверь в лабораторию подперта шваброй, он даже немножко испугался, но любопытство победило и лейтенант, осторожно убрав швабру, и вооружившись ею, приоткрыл дверь. Внутри всё оказалось совсем не так страшно, разве что доктор Копушелко опять забыл принять душ.
- Доктор, - сказал Контрабасов, от волнения принявшись тереть пол шваброй, - там с кораблём что-то не то. У Командора вечеринка в столовой с прадедулей, в моей каюте стая слонов, а Леев ездит по потолку в автомобиле!
- Замечательно, прекрасно, - рассеянно сказал доктор, - вы, голубчик, не видели тут нигде металлического шлема? Куда я его дел, ума не приложу...
- Что за Маня? Впрочем, на Лееве был какой-то странный шлем.
- Какой молодец Корбюзье, - похвалил доктор, - правильно, занимаясь спортом, нужно всегда надевать шлем. Я вот всегда надеваю, когда играю в шахматы.
- Непонятно что делать со слонами...
- А слоны, мой дорогой, ходят наискосок. Я вам сейчас покажу, надо только найти доску...
- Слоны прямо в каюте и ходят куда попало.
- Что вы говорите! Так вы завели питомцев! Как мило... на Лееве странный шлем, так-так, - сказал доктор и выбежал из лаборатории. Контрабасов побежал за ним.
- Видите ли, голубчик, - пыхтя, объяснял доктор на бегу, - пропавший шлем есть не что иное, как Портативный Аккумулирующий Распределитель Физичности Объектов Задуманного, сокращённо ПАРФОЗ. Стоит индивиду надеть себе на голову ПАРФОЗ, как любая его мысль тут же станет реальностью. Разумеется, использовать шлем следует с осторожностью, и я как раз собирался оснастить своё изобретение надёжной тормозной системой, как вдруг оно пропало...
- Как пить дать, парфоз украли, - продедуктировал Контрабасов.