"Рокэ смотрел на него как на мучение и избавление от мучений, приоткрыв призывно губы, смотрел, как смотрят захваченные экстазом веры на образ святого. Это было невыносимо и прекрасно, потому что он сам был как святой – и Ричарду хотелось молиться. Но не сухо и целомудренно, иначе: дарить любовь, удовольствие, нежить, купать в ласке, заставить забыть весь белый свет с его болью, ранами и шрамами…
То, что продиктовано любовью, идёт от Создателя, а Ричард готов – любить и молиться".