"Вы не понимаете, это другое" (2/2) (начало)
Сигналом о переломе ситуации с нефтегазовыми доходами могла бы стать майская покупка валюты. 6 мая Минфин объявил, что с 8 мая по 4 июня будет проводить операции по покупке иностранной валюты и золота на общую сумму 110,3 млрд рублей (ежедневно — 5,8 млрд рублей). Это действительно разворот после трёх месяцев чистых продаж.
Но тут дело в контексте - за I квартал 2026 года Минфин продал валюты примерно на 570 млрд рублей, так что майская покупка восстанавливает лишь пятую часть потраченного. Почти 90 млрд из объявленного объёма — это «отложенные» операции из‑за того, что в марте–апреле Минфин вообще не проводил операции по бюджетному правилу. Т.е. речь идёт не столько о новом притоке, сколько о технической коррекции после паузы. Ежедневный объём 5,8 млрд рублей заметно уступает типичным значениям 2022 года, когда дневные покупки доходили до 10–15 млрд.
Т.о., даже при более высоких мировых ценах нефтегазовые доходы в апреле 2026 оказались вдвое ниже, чем в апреле 2022. Это не случайность и не временное явление, а структурная новая реальность. Экспортные пошлины обнулены, дисконт остаётся высоким, демпфер «съедает» значительную часть сверхдоходов, рубль укрепился, а НДД не восполняет выпадающие объёмы. Даже если цена Urals поднимется до $120, а дисконт сожмётся до $10–15 нефтегазовые доходы вряд ли превысят 1 100–1 200 млрд рублей в месяц — всё равно на 30–40% ниже апрельских показателей 2022 года.
Для бюджета и экономики это означает несколько вещей. Нефть больше не является подушкой безопасности. Дефицит федерального бюджета (уже 4,6 трлн рублей за I квартал 2026 года) не закроется нефтяной премией — апрельский всплеск лишь дал временную передышку. ФНБ будет продолжать сокращаться, и при любом новом падении цен Минфину придётся либо секвестировать расходы, либо наращивать налоги, либо занимать.
Для бизнеса — старая модель «высокая нефть = богатый бюджет» больше не работает. Правительство будет искать альтернативные источники доходов: повышение налогов/сборов/штрафов ит.д., ужесточение фискального контроля, и заимствования под высокие ставки.
PS. Кстати грядущие ограничения в отношении "параллельного импорта" наполнившего прилавки в 2022 году (запрет на ввоз компьютеров, пошлины на покупки на маркетплейсах) подсказывают что "валютной выручки", настоящих долларов и юаней на счетах может не хватить... Даже при высоких ценах .
Сигналом о переломе ситуации с нефтегазовыми доходами могла бы стать майская покупка валюты. 6 мая Минфин объявил, что с 8 мая по 4 июня будет проводить операции по покупке иностранной валюты и золота на общую сумму 110,3 млрд рублей (ежедневно — 5,8 млрд рублей). Это действительно разворот после трёх месяцев чистых продаж.
Но тут дело в контексте - за I квартал 2026 года Минфин продал валюты примерно на 570 млрд рублей, так что майская покупка восстанавливает лишь пятую часть потраченного. Почти 90 млрд из объявленного объёма — это «отложенные» операции из‑за того, что в марте–апреле Минфин вообще не проводил операции по бюджетному правилу. Т.е. речь идёт не столько о новом притоке, сколько о технической коррекции после паузы. Ежедневный объём 5,8 млрд рублей заметно уступает типичным значениям 2022 года, когда дневные покупки доходили до 10–15 млрд.
Т.о., даже при более высоких мировых ценах нефтегазовые доходы в апреле 2026 оказались вдвое ниже, чем в апреле 2022. Это не случайность и не временное явление, а структурная новая реальность. Экспортные пошлины обнулены, дисконт остаётся высоким, демпфер «съедает» значительную часть сверхдоходов, рубль укрепился, а НДД не восполняет выпадающие объёмы. Даже если цена Urals поднимется до $120, а дисконт сожмётся до $10–15 нефтегазовые доходы вряд ли превысят 1 100–1 200 млрд рублей в месяц — всё равно на 30–40% ниже апрельских показателей 2022 года.
Для бюджета и экономики это означает несколько вещей. Нефть больше не является подушкой безопасности. Дефицит федерального бюджета (уже 4,6 трлн рублей за I квартал 2026 года) не закроется нефтяной премией — апрельский всплеск лишь дал временную передышку. ФНБ будет продолжать сокращаться, и при любом новом падении цен Минфину придётся либо секвестировать расходы, либо наращивать налоги, либо занимать.
Для бизнеса — старая модель «высокая нефть = богатый бюджет» больше не работает. Правительство будет искать альтернативные источники доходов: повышение налогов/сборов/штрафов ит.д., ужесточение фискального контроля, и заимствования под высокие ставки.
PS. Кстати грядущие ограничения в отношении "параллельного импорта" наполнившего прилавки в 2022 году (запрет на ввоз компьютеров, пошлины на покупки на маркетплейсах) подсказывают что "валютной выручки", настоящих долларов и юаней на счетах может не хватить... Даже при высоких ценах .