"Вы не понимаете, это совсем совсем другое"
В истории с различием объемов нефтегазовых доходов апреля-2022 и апреля-2026 есть еще один тонкий момент - и она касается различия в приоритетах бюджетных расходов - весной 2022 года, когда "структурная трансформация экономики" еще не запустилась на полную мощность, значительную долю от нефтегазовых сверхдоходов правительство направляло, помимо социальных выплат, на поддержку широкого круга гражданских отраслей — строительство, транспорт, машиностроение, аграрный сектор, инфраструктурные проекты. Бюджетный мультипликатор был высоким: каждый рубль, вложенный в эти сферы, оборачивался заказами для малого и среднего бизнеса, ростом занятости, увеличением спроса на смежные товары и услуги.
В 2026 году все по другому. Основной прирост расходов (а в I квартале они выросли на 17% год к году, до 12,9 трлн руб.) уходит в "приоритетный сектор", который экономическая теория называет «непроизводительным» с точки зрения потребительской экономике. Приоритетный сектор требует огромных ресурсов, но создаёт крайне короткие производственные цепочки и слабо стимулирует развитие рыночных секторов, малого и среднего бизнеса. Мультипликатор таких расходов в разы ниже. Именно поэтому даже значительные вливания не превращаются в устойчивый экономический рост, а скорее раскручивают инфляцию издержек — дефицит кадров, рост зарплат без роста производительности, повышение цен. Да, "приоритетный сектор" качает потребительский спрос со стороны тех, кто в нем занят, но "потребительская экономика", столкнувшаяся с нехваткой ресурсов, этот спрос удовлетворять не успевает, поэтому нехватка потребительских товаров "сделанных в РФ" компенсируется притоком китайских товаров, и, естественно, толкает вверх цены . Бюджетный импульс работает «вхолостую» для "потребительской экономики", а ЦБ вынужден гасить его последствия ужесточением ДКП.
Таким образом, апрель 2026 — это не только вдвое меньшие нефтегазовые доходы (по сравнению с апрелем 2022 года), но и расходы с гораздо более низкой отдачей для "обычной экономики". История, в которой бюджет мог «качать» гражданские отрасли, закончилась.
В истории с различием объемов нефтегазовых доходов апреля-2022 и апреля-2026 есть еще один тонкий момент - и она касается различия в приоритетах бюджетных расходов - весной 2022 года, когда "структурная трансформация экономики" еще не запустилась на полную мощность, значительную долю от нефтегазовых сверхдоходов правительство направляло, помимо социальных выплат, на поддержку широкого круга гражданских отраслей — строительство, транспорт, машиностроение, аграрный сектор, инфраструктурные проекты. Бюджетный мультипликатор был высоким: каждый рубль, вложенный в эти сферы, оборачивался заказами для малого и среднего бизнеса, ростом занятости, увеличением спроса на смежные товары и услуги.
В 2026 году все по другому. Основной прирост расходов (а в I квартале они выросли на 17% год к году, до 12,9 трлн руб.) уходит в "приоритетный сектор", который экономическая теория называет «непроизводительным» с точки зрения потребительской экономике. Приоритетный сектор требует огромных ресурсов, но создаёт крайне короткие производственные цепочки и слабо стимулирует развитие рыночных секторов, малого и среднего бизнеса. Мультипликатор таких расходов в разы ниже. Именно поэтому даже значительные вливания не превращаются в устойчивый экономический рост, а скорее раскручивают инфляцию издержек — дефицит кадров, рост зарплат без роста производительности, повышение цен. Да, "приоритетный сектор" качает потребительский спрос со стороны тех, кто в нем занят, но "потребительская экономика", столкнувшаяся с нехваткой ресурсов, этот спрос удовлетворять не успевает, поэтому нехватка потребительских товаров "сделанных в РФ" компенсируется притоком китайских товаров, и, естественно, толкает вверх цены . Бюджетный импульс работает «вхолостую» для "потребительской экономики", а ЦБ вынужден гасить его последствия ужесточением ДКП.
Таким образом, апрель 2026 — это не только вдвое меньшие нефтегазовые доходы (по сравнению с апрелем 2022 года), но и расходы с гораздо более низкой отдачей для "обычной экономики". История, в которой бюджет мог «качать» гражданские отрасли, закончилась.