Жизнь древних людей во многом определялась условиями окружающей среды. При этом единственным инструментом, позволяющим смягчить действие внешних природных факторов, была хозяйственная модель — тип, структура и формы организации производящего хозяйства. По мере того как происходило совершенствование хозяйственной модели и адаптация её к неблагоприятным условиям, расширялись и потенциальные экологические ниши, в которых могло существовать общество. В результате постепенно сформировалось огромное разнообразие форм производящего хозяйства, что позволило человечеству освоить почти все природно-климатические зоны, за исключением абсолютно непригодных для проживания экстремальных высокогорных, арктических и пустынных районов.
Но, по мере возрастания экстремальности условий среды, потенциальный набор хозяйственных моделей становился все уже и уже, вплоть до ситуации, когда общество могло существовать, лишь занимаясь одной-единственной формой деятельности. При этом чрезвычайно возрастает потребность в неизменности внешних условий; иными словами — пусть будет плохо, но будет одинаково плохо всегда. В этой ситуации платой за возможность расширения географии проживания становилась высокая зависимость людей от изменений степени неблагоприятности внешних природных условий. Общество в своей борьбе с суровым настоящим, ценой чрезвычайного напряжения духовных и физических сил, вырабатывало определенные механизмы, позволяющие выжить в ещё более тяжёлых условиях будущего. Это происходило, естественно, без специальных усилий: просто человек, как и общество в целом, склонен ожидать худшего, подсознательно готовится к нему. И когда худшее наступало, человек оказывался вооружён, подготовлен, настроен на борьбу. И зачастую побеждал.
Гораздо сложнее складывалась судьба обитателей экстремальных природных зон при смягчении условий окружающей среды. Здесь особенно ярко становится видна необратимость такого рода сверхадаптации: на определенном уровне возврата уже нет.
Полный текст статьи:
📖 Роман Мимоход. Теория оптимального кризиса: экология и адаптация.
#cm_антропология
#cm_климат
#cm_экология
Механика истории│подписаться
Но, по мере возрастания экстремальности условий среды, потенциальный набор хозяйственных моделей становился все уже и уже, вплоть до ситуации, когда общество могло существовать, лишь занимаясь одной-единственной формой деятельности. При этом чрезвычайно возрастает потребность в неизменности внешних условий; иными словами — пусть будет плохо, но будет одинаково плохо всегда. В этой ситуации платой за возможность расширения географии проживания становилась высокая зависимость людей от изменений степени неблагоприятности внешних природных условий. Общество в своей борьбе с суровым настоящим, ценой чрезвычайного напряжения духовных и физических сил, вырабатывало определенные механизмы, позволяющие выжить в ещё более тяжёлых условиях будущего. Это происходило, естественно, без специальных усилий: просто человек, как и общество в целом, склонен ожидать худшего, подсознательно готовится к нему. И когда худшее наступало, человек оказывался вооружён, подготовлен, настроен на борьбу. И зачастую побеждал.
Гораздо сложнее складывалась судьба обитателей экстремальных природных зон при смягчении условий окружающей среды. Здесь особенно ярко становится видна необратимость такого рода сверхадаптации: на определенном уровне возврата уже нет.
Полный текст статьи:
📖 Роман Мимоход. Теория оптимального кризиса: экология и адаптация.
#cm_антропология
#cm_климат
#cm_экология
Механика истории│подписаться