Про русский дарк фолк.
Сперва хочу сделать оговорку - русский дарк фолк в моем понимании рассматривается как творческое направление (какое направление?), обособленное от дарк фолка в привычном смысле со всеми этими правыми историями, тевтонцами, Тибетами и Пирсами. Ведь, как говорил классик «Отсоси, Дуглас Пирс, никакой смерти», у нас дарк фолк все больше про жизнь.
Наиболее яркие маяки жанра прямо сейчас - Бранимир и Сруб. За последние несколько лет они стали уверенными локомотивами русского дарк фолка. Коротко расскажу про свое знакомство с каждым из них, попытавшись неуклюже вписать их в контекст повествования.
Бранимир для меня открывался постепенно с песен из случайных постов в ВК РЗ, Мазерденда и Хрущевки - «Щенки», «Колька», «Банга» и пр. Помню, что зацепил тогда метафизический язык, вплетенный в отечественную со-бытийность, характерный хриплый вой, похожий на ночной фон моей деревни, который одновременно пугал и манил, и акустические разливы гитары, которые я просто всегда любил больше перегруженных запилов. Через призму первоначального тезиса - это мрачная музыка русской тоски, которую исполняет «черный кум и хтонический отчим», пользуясь терминологией автора. Причем такую музыку отчетливо представляешь фоном на демоническом застолье, как в серии Казаков «Как казаки на свадьбе гуляли».
Знакомство со Срубом началось с альбома «Веры Пиры», который клещом засел в саундтреке моих дней не на один месяц. Здесь меня особенно привлекла мифология, оторванная от реальности по концепции, даже сюрреалистического бытия, облаченная в танцевальный пост панк из лесной чащи средней полосы. Особенно зашли песни «Бесы», «Окрест» и «Рожь». Опять же, обращаясь к контексту дарк фолка - это музыка именно черного фольклора, которая погружает в атмосферу танцев на поминках, когда смерть переходит в жизнь, и слезы по усопшему сменяются слезами эйфории от всеобщей любви.
Подумал, какие песни я мог бы назвать предтечей вышестоящих даркфолковых имен, и, наверное - это «Ехали по улице трамваи» Ноля и «Ванюша» Башлачева.
Сперва хочу сделать оговорку - русский дарк фолк в моем понимании рассматривается как творческое направление (какое направление?), обособленное от дарк фолка в привычном смысле со всеми этими правыми историями, тевтонцами, Тибетами и Пирсами. Ведь, как говорил классик «Отсоси, Дуглас Пирс, никакой смерти», у нас дарк фолк все больше про жизнь.
Наиболее яркие маяки жанра прямо сейчас - Бранимир и Сруб. За последние несколько лет они стали уверенными локомотивами русского дарк фолка. Коротко расскажу про свое знакомство с каждым из них, попытавшись неуклюже вписать их в контекст повествования.
Бранимир для меня открывался постепенно с песен из случайных постов в ВК РЗ, Мазерденда и Хрущевки - «Щенки», «Колька», «Банга» и пр. Помню, что зацепил тогда метафизический язык, вплетенный в отечественную со-бытийность, характерный хриплый вой, похожий на ночной фон моей деревни, который одновременно пугал и манил, и акустические разливы гитары, которые я просто всегда любил больше перегруженных запилов. Через призму первоначального тезиса - это мрачная музыка русской тоски, которую исполняет «черный кум и хтонический отчим», пользуясь терминологией автора. Причем такую музыку отчетливо представляешь фоном на демоническом застолье, как в серии Казаков «Как казаки на свадьбе гуляли».
Знакомство со Срубом началось с альбома «Веры Пиры», который клещом засел в саундтреке моих дней не на один месяц. Здесь меня особенно привлекла мифология, оторванная от реальности по концепции, даже сюрреалистического бытия, облаченная в танцевальный пост панк из лесной чащи средней полосы. Особенно зашли песни «Бесы», «Окрест» и «Рожь». Опять же, обращаясь к контексту дарк фолка - это музыка именно черного фольклора, которая погружает в атмосферу танцев на поминках, когда смерть переходит в жизнь, и слезы по усопшему сменяются слезами эйфории от всеобщей любви.
Подумал, какие песни я мог бы назвать предтечей вышестоящих даркфолковых имен, и, наверное - это «Ехали по улице трамваи» Ноля и «Ванюша» Башлачева.