Наконец монах продолжил:
— Как я уже говорил, братья всегда знали, что делает каждый из них. И поэтому когда один из них хотел что-то сказать другим, ему было достаточно достать кисть и написать, что он им хочет поведать. А чтобы никто другой не прознал, писали они на воде. И вот Пэй-эй написал, что у него есть просьба, и что просит он среднего брата, Пэйтаро, придти.
И конечно Пэйтаро согласился, ведь сказано, что у ветвей одного дерева общая тень. И когда пришел средний брат в здешние леса Пэй-эй попросил его излечить дочь углежога. Ведь, хоть и записал он ее в живые, жизненной силы у нее почти не осталось. Но Пэйтаро не согласился.
— Нет, старший брат, не могу я этого сделать. Ты и сам знаешь, что нарушаешь законы Энма-О, и ничем хорошим это не кончится. Я твой брат и должен тебе помогать. Но еще я знаю, что кто нарушает законы и уложения тот искажает гармонию и наживает плохую судьбу. А ты просишь не за себя, а за девушку. Ей я и буду помогать, только если она сама меня попросит, ведь ее это судьба, а не твоя.
— Хорошо, — сказал Пэй-эй. — Но, смотри, ты обещал. Если ты ее встретишь, то узнаешь ты по красному платью, вышитому цветами сакуры. И раз уж ты пришел в наши края, зайди в деревню. В ней помер старый настоятель и кто-то должен провести по нему положенные обряды, а кроме тебя никого рядом нет.
И вот Пэйтаро пришел в деревню, и похоронил вашего настоятеля. А когда прошли два дня бдения, приснился вашему старосте сон.
На этих словах монах замолчал и посмотрел на старосту. Он все молчал и молчал, и наконец один из крестьян не выдержал. Монаха он спрашивать боялся, и поэтому спросил старосту:
— Что это был за сон такой?
— Да я уж и не помню, — сказал староста, очень ему не хотелось рассказывать про то, как он ходил к духам в лес, — да и кому интересны сны? Господин настоятель, к чему вы нас пугаете и рассказываете эту историю?
Монах невесело усмехнулся, и сказал:
— Когда вы позвали к себе нового настоятеля, вы заключили с ним уговор. Помните ли вы о том?
Тут монах посмотрел на старосту.
— А о том помните, что не хотел он соглашаться? И чтобы его уговорить, вы пошли на хитрость.
— Помним.
Ответил староста.
— Хитрость? Какая хитрость?
Спросили крестьяне.
— Хитрость была такая, которую узнал ваш староста от духа в заброшенном храме, в лесу. Посоветовали ему одеть трех девушек в красное и сделать так, чтобы встретились они на пути Пэйтаро. И первые две просили его остаться. Третья же должна была нарядится в шелковое платье вышитое сакурой и попросить о защите. Вот и получилось, что Пэйтаро решил, что это та самая девушка, которую он обещал брату защищать. От того он согласился стать вашим настоятелем, потому что не мог нарушить данного брату слова.
Тут один из крестьян не выдержал. Был это маленький мальчик, и хоть и знал он, что не положено возвышать свой голос перед настоятелем, так ему захотелось узнать, что он не вытерпел и спросил:
— А кто был тот дух, что научил старосту этой хитрости?
Староста и другие крестьяне зашикали на неучтивого мальчишку, но монах только печально улыбнулся и сказал:
— Староста пошел к старому заброшенному храму. Ведь известно, что заброшенный храм как пустое яйцо: в нем нет сердца и войти в него можно как с этой, так и с той стороны. Когда староста уснул рядом с храмом, с той стороны к нему пришел гость и научил, как сделать, чтобы монах остался в деревне.
— И кто же был этот дух? — не унимался мальчик.
— Это был я. И все, что произошло, — моя вина, и потому мне придется отвечать перед Энма-О.
#невидимыймонах
— Как я уже говорил, братья всегда знали, что делает каждый из них. И поэтому когда один из них хотел что-то сказать другим, ему было достаточно достать кисть и написать, что он им хочет поведать. А чтобы никто другой не прознал, писали они на воде. И вот Пэй-эй написал, что у него есть просьба, и что просит он среднего брата, Пэйтаро, придти.
И конечно Пэйтаро согласился, ведь сказано, что у ветвей одного дерева общая тень. И когда пришел средний брат в здешние леса Пэй-эй попросил его излечить дочь углежога. Ведь, хоть и записал он ее в живые, жизненной силы у нее почти не осталось. Но Пэйтаро не согласился.
— Нет, старший брат, не могу я этого сделать. Ты и сам знаешь, что нарушаешь законы Энма-О, и ничем хорошим это не кончится. Я твой брат и должен тебе помогать. Но еще я знаю, что кто нарушает законы и уложения тот искажает гармонию и наживает плохую судьбу. А ты просишь не за себя, а за девушку. Ей я и буду помогать, только если она сама меня попросит, ведь ее это судьба, а не твоя.
— Хорошо, — сказал Пэй-эй. — Но, смотри, ты обещал. Если ты ее встретишь, то узнаешь ты по красному платью, вышитому цветами сакуры. И раз уж ты пришел в наши края, зайди в деревню. В ней помер старый настоятель и кто-то должен провести по нему положенные обряды, а кроме тебя никого рядом нет.
И вот Пэйтаро пришел в деревню, и похоронил вашего настоятеля. А когда прошли два дня бдения, приснился вашему старосте сон.
На этих словах монах замолчал и посмотрел на старосту. Он все молчал и молчал, и наконец один из крестьян не выдержал. Монаха он спрашивать боялся, и поэтому спросил старосту:
— Что это был за сон такой?
— Да я уж и не помню, — сказал староста, очень ему не хотелось рассказывать про то, как он ходил к духам в лес, — да и кому интересны сны? Господин настоятель, к чему вы нас пугаете и рассказываете эту историю?
Монах невесело усмехнулся, и сказал:
— Когда вы позвали к себе нового настоятеля, вы заключили с ним уговор. Помните ли вы о том?
Тут монах посмотрел на старосту.
— А о том помните, что не хотел он соглашаться? И чтобы его уговорить, вы пошли на хитрость.
— Помним.
Ответил староста.
— Хитрость? Какая хитрость?
Спросили крестьяне.
— Хитрость была такая, которую узнал ваш староста от духа в заброшенном храме, в лесу. Посоветовали ему одеть трех девушек в красное и сделать так, чтобы встретились они на пути Пэйтаро. И первые две просили его остаться. Третья же должна была нарядится в шелковое платье вышитое сакурой и попросить о защите. Вот и получилось, что Пэйтаро решил, что это та самая девушка, которую он обещал брату защищать. От того он согласился стать вашим настоятелем, потому что не мог нарушить данного брату слова.
Тут один из крестьян не выдержал. Был это маленький мальчик, и хоть и знал он, что не положено возвышать свой голос перед настоятелем, так ему захотелось узнать, что он не вытерпел и спросил:
— А кто был тот дух, что научил старосту этой хитрости?
Староста и другие крестьяне зашикали на неучтивого мальчишку, но монах только печально улыбнулся и сказал:
— Староста пошел к старому заброшенному храму. Ведь известно, что заброшенный храм как пустое яйцо: в нем нет сердца и войти в него можно как с этой, так и с той стороны. Когда староста уснул рядом с храмом, с той стороны к нему пришел гость и научил, как сделать, чтобы монах остался в деревне.
— И кто же был этот дух? — не унимался мальчик.
— Это был я. И все, что произошло, — моя вина, и потому мне придется отвечать перед Энма-О.
#невидимыймонах