Постфактум о «Постфактум»
Мы любим биографии, отдавая себе отчет в их мистифицирующей силе. Словами Клиффорда Гирца, ты понимаешь (если понимаешь), что сделал, только после того, как ты это сделал. Летом усилиями «НЛО» и Андрея Корбута на русском вышла его книга «Постфактум».
Это одна из последних и наиболее автобиографичных работ Гирца (хотя может ли антропологическое исследование быть другим?), которая подводит черту его исследовательским и экзистенциальным поискам. В ней объектом описания стали не только драматичные трансформации индонезийского Паре и марокканского Сефру — двух важнейших для Гирца городов, — но и дисциплина, вынужденная постоянно ставить под вопрос свои этические и эпистемологические основания, и антрополог, оказавшийся на культурном фронтире и страстно желавший разобраться в том, что имело место быть. Разобраться постфактум.
Мы любим биографии, отдавая себе отчет в их мистифицирующей силе. Словами Клиффорда Гирца, ты понимаешь (если понимаешь), что сделал, только после того, как ты это сделал. Летом усилиями «НЛО» и Андрея Корбута на русском вышла его книга «Постфактум».
Это одна из последних и наиболее автобиографичных работ Гирца (хотя может ли антропологическое исследование быть другим?), которая подводит черту его исследовательским и экзистенциальным поискам. В ней объектом описания стали не только драматичные трансформации индонезийского Паре и марокканского Сефру — двух важнейших для Гирца городов, — но и дисциплина, вынужденная постоянно ставить под вопрос свои этические и эпистемологические основания, и антрополог, оказавшийся на культурном фронтире и страстно желавший разобраться в том, что имело место быть. Разобраться постфактум.