Мифы и история.
В моих любимых исторических издательствах «Новое литературное обозрение» и «БиблиоРоссика» вышли две взаимодополняющие книги о Русской революции.
1 Владимир Булдаков «Страсти революции Эмоциональная стихия 1917 года». Автор в популярном нынче направлении эмоциональной истории доказывает, что большевики пришли к власти не в результате осознанного движения рабочих масс, а исключительно бессознательного, эмоционального желания перемен. Спровоцировано оно было в т.ч. усталостью от Первой мировой. И в своем недовольстве народ был больше большивиком, чем партия. Партия лишь придала революционному насилию правомерность.
2 А книга Фредерика Корни «Октябрь. Память и создание большевистской революции» описывает как большевики уже пытались с помощью истории назначить себя двигателем революции
Эти работы доказывают простую истину, что как наука история не нужна, как мифотворчество - постоянно востребована. Истории, которые государства рассказывают о своих истоках, - это всегда в некотором роде небылицы и мифы.
Но в конечном итоге они могут стать частью традиции, основополагающим нарративом. Основополагающие нарративы настолько глубоко проникают в человека, что становятся неразрывно связаны с его идентичностью, опытом и воспоминаниями.
Миф, будучи нарративом, лежащим вне категорий истины и лжи, становится источником знаний. Ведь то, как люди осмысливают прошлое - интеллектуально, эмоционально, морально - не сводится... к "истинности" их рассказов.
В моих любимых исторических издательствах «Новое литературное обозрение» и «БиблиоРоссика» вышли две взаимодополняющие книги о Русской революции.
1 Владимир Булдаков «Страсти революции Эмоциональная стихия 1917 года». Автор в популярном нынче направлении эмоциональной истории доказывает, что большевики пришли к власти не в результате осознанного движения рабочих масс, а исключительно бессознательного, эмоционального желания перемен. Спровоцировано оно было в т.ч. усталостью от Первой мировой. И в своем недовольстве народ был больше большивиком, чем партия. Партия лишь придала революционному насилию правомерность.
2 А книга Фредерика Корни «Октябрь. Память и создание большевистской революции» описывает как большевики уже пытались с помощью истории назначить себя двигателем революции
Эти работы доказывают простую истину, что как наука история не нужна, как мифотворчество - постоянно востребована. Истории, которые государства рассказывают о своих истоках, - это всегда в некотором роде небылицы и мифы.
Но в конечном итоге они могут стать частью традиции, основополагающим нарративом. Основополагающие нарративы настолько глубоко проникают в человека, что становятся неразрывно связаны с его идентичностью, опытом и воспоминаниями.
Миф, будучи нарративом, лежащим вне категорий истины и лжи, становится источником знаний. Ведь то, как люди осмысливают прошлое - интеллектуально, эмоционально, морально - не сводится... к "истинности" их рассказов.