родник у дома

«Сказка о бедной Земле»

Последние несколько лет у нас с Землей очень напряженные, нездоровые отношения.
Я в ней души не чаю: улыбнется мне – припадаю и покрываю поцелуями. А она молча встанет и уйдет. Но это еще ничего…
Как ей на сердце пелена ляжет – посылает меня на смерть, чтобы я непременно умер – неважно, где и как – и тем самым доказал свою преданность. Брожу, ищу. Возвращаюсь с разведенными руками: «не знаю я – нет смерти». «Все с тобой ясно» – отвечает.
Растерянный прилягу к ней – а она бурлит вся, кипит. То слезинка, то смешинка из нее брызнет.
Мне терять нечего. Положу ей голову на грудь – начнет меня засасывать, причмокивая. Станет разделять на кусочки, переваривать и мной уже брызгаться, кашляться. А что у нее моего в зубах застрянет – выковыривает и по сторонам раскидывает.
«Милая, ты же так совсем себя погубишь» – кряхтят мои мокрые шкурки да косточки – «выпусти меня отсюда, а я пойду траву покошу и яблок нарву». Иногда это работает: я оказываюсь на воздухе и потихоньку склеиваюсь. Кошу траву, собираю яблоки и зарываю их в Землю. Она любит, когда я рою ее, любит, когда кошу, рву яблоки – успокаивается.
Ну вот, – думаю – поживем еще с тобой, милая, может и позабудется ревность твоя, голод по косточкам. Забота умягчает сердца.

«Или звук или свет»

В кухне лампочка никогда не жужжит при своих
и всегда по ночам
если долго рыть темный воздух то можно добраться до лиц

иные и Николай, чьи голоса вы терпели?
почему перестали есть?
странно, ведь Бог не пропишет смерть
если рыть глубже
в отличие от некоторых матерей и священников

сколько им было лет?

как же нужно?

Зима – время прятать руки в чьи-то груди

После второго звонка


лежал и смотрел на луну в одиннадцать

лежал и смотрел на луну в двадцать два рта

лежал и смотрел на луну на картинах

лежал и смотрел на луну в одинаковых бюстах в ряд
⠀

Сегодня снилась подруга.

Позднее ясное утро, домик в деревне, первый этаж без перегородок. Лежу на кровати неподалеку от кухонного уголка. Переписка.
«А я тебя вижу».
Приходит и ложится ко мне. Мы лежим в обнимку полубоком, моя рука вокруг ее шеи. Потом говорим про экзамены у начинающих художников, про озеро. Смеемся, я смеюсь так непривычно громко и долго, что домочадцы на кухне начинают передразнивать.

А вот Приговор мне понравился. Очень мощно. То что надо.

«Франц Кафка написал «Приговор» в возрасте 29 лет. В этот период своей жизни Кафка закончил юридический факультет Пражского университета 5 лет назад и работал на различных должностях, в том числе работал в страховой компании и основал асбестовую фабрику вместе со своим шурином Карлом Германом.

Кафка написал эту повесть за 8 часов 22 сентября 1912 года.
В более поздних работах он описывал творческую вспышку «Приговора» как «полное раскрытие тела и души», говоря, что «история развивалась как истинное рождение, покрытое грязью и слизью». Эта ночь часто считается «рождением» мировой славы писателя. Метафору «рождения» он неоднократно использовал в своих дневниках и письмах, чтобы проиллюстрировать свой художественный процесс творчества. Кафка рассматривал это произведение как «одно из своих самых удачных и совершенных литературных творений», которое он смог написать в «полубессознательном состоянии ума».»

И снова ты пред взором видящим,
О Вифлеемская звезда,
Встаешь над станом ненавидящим
И мир пророчишь, как тогда.

А мы рукою окровавленной
Земле куем железный мир:
Стоит окуренный, восславленный
На месте скинии кумир.

Но твой маяк с высот не сдвинется,
Не досягнет их океан,
Когда на приступ неба вскинется
Из бездн морских Левиафан.

Равниной мертвых вод уляжется
Изнеможденный легион,
И человечеству покажется,
Что все былое – смутный сон.

И бесноватый успокоится
От судорог небытия,
Когда навек очам откроется
Одна действительность – твоя.

Вяч. Иванов
1944

Ура, на этот раз новый год буду встречать не в пустой квартире ☺️

Сезонное буксование

Как откроют бакенбарды свои клювики – пиши пропало, не накормишь. Или прятаться, или червей им. (только мягких и гладких, иначе вернут)
А все черви улетели.
Кто на луну,
кто помер,
кто поделился,
кто обрезание сделал,
а кто и вовсе прикидывается.
Нельзя вообще точно сказать, были ли черви. Возможно собирательный образ. А бакенбарды как питались солнцем, так и продолжат. Но картины червей интересны.

В темноте все вокруг– диван и когтеточка,
когда коже пробуждают память.
Вспоминаются кое-какие чужие клювики для обхода.
(так хоть повменяемее, чем все сразу)

…И что мне делать с этими глазками, когда они глазки?
А уж тем более – когда глаза,
которые медленно, умеренно замыкаются и размыкаются, лежа перед тобой так?..

Ты любишь охоту, дорогой?
Я вот люблю. Ты тоже любишь, я знаю.
А ты это знаешь?
Поохотиться бы нам с тобой в замкнутом пространстве.
Но никто из нас не придет.
Ведь черви – это собирательный образ.
Можно ли поймать хоть одного? Хоть глазком тронуть?

Черпачки опускаются.

Кулак сжамается в хлопке –
а лапти прокручиваются,
кулак сжимается, –
лапти прокручиваются:
не поймать:
слетела цепь, болтается.

Собирательный образ.

Как с полутораметровой зарубки поднимает и концентрическе кольца стираются, в сомнительном плане

Чуть не заночевали в универе… Охранник чуть не проглядел нас :)
Пустой темный зал столовой с высокими потолками и мраморными колоннами, опьяняющее общество, ммм

– И правда, –
отозвался речной. –
Я плещусь. А ты влип.

Камни


напряжение выдуешь: камень

камни в ряд
камни в круг
хоровод из камней

камень. дуги и грани
воздух каменный
холодок

⠀

И когда входил Он в одно селение, встретили Его десять человек прокаженных, которые остановились вдали
и громким голосом говорили: Иисус Наставник! помилуй нас.

Увидев их, Он сказал им: пойдите, покажитесь священникам. И когда они шли, очистились.
Один же из них, видя, что исцелен, возвратился, громким голосом прославляя Бога,
и пал ниц к ногам Его, благодаря Его; и это был Самарянин.

Тогда Иисус сказал: не десять ли очистились? где же девять?
как они не возвратились воздать славу Богу, кроме сего иноплеменника?

И сказал ему: встань, иди; вера твоя спасла тебя.

Лк. 17, 12–19