Вообще конечно во всех командировках я больше всего ценю неформальное общение. Не конференции и совещания, а то, что происходит до и после них. Расскажу пару историй.
Первая от человека, который много лет посвятил работе в полиции по делам несовершеннолетних. (детская комната милиции это раньше называлось).
Говорит что раньше самое страшное для детей, совершивших правонарушения, было попасть в ЦВСНП. (Центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей). Потом по программе "Дети России" в Воронеже построили совершенно новый ЦВСНП, набрали квалифицированный персонал, разработали программы реабилитации. И казалось бы, дело пошло. Дети оттуда выходят другими. Как сказал сотрудник полиции, Воронежский ЦВСНП похож на Артек, только без моря. А дети туда попадают из очень, очень неблагополучных семей. И вот несколько раз уже сталкивались с тем, что дети приходят обратно. Звонят в звонок, просятся. Просят дать хотя бы еды. Просятся пожить обратно. Им отвечают, что по закону это невозможно потому что ребенок не совершил правонарушение. После чего ребенок говорит- окей, и булыжником прямо при сотрудниках разбивает стекло близ стоящей машины, улыбается и говорит - ждите, заеду через час еще на месяц.
Мне это напомнило совещание в Общественной Палате, где присутствовал главный ответственный от ФСИН за колонии для несовершеннолетних. Ему задали вопрос, почему перестали в рамках профилактики преступлений водить детей, находящихся в зоне риска, на экскурсии в колонии. Полковник сообщил, что эти дети, родители которых часто живут за чертой бедности, увидев условия в колонии - чистые постели, светлые классы, возможность получить профессию, всяческие кружки, регулярное питание - специально стали совершать преступления, чтобы их в эту колонию отправили, потому что им кажется, что там лучше, чем в семье.
Много общались так же с сотрудником Следственного Комитета Воронежской Области, осуществляющим процконтроль за расследованием преступлений против детей. Вот казалось бы - должность огого, погоны. Можно было бы с такими понтами ходить... Нет... Она не вылезает из командировок, она пытается помочь всем, она лично ездит в куево-кукуево объяснять родителям, почему обращение в следственный комитет поможет, создает своим примером образ доверия следствию, нерабочее время, в свои личные выходные она участвует в профильных мероприятиях, ходит по школам, общается с детьми и родителями, организует программы профилактики и много чего еще. Вот на той конференции в институте МВД, где мы были, она долго отказывалась садиться в президиум, хотя по должности положено. Сказала - я дежурю по городу, в любой момент сорвусь, можно я незаметно? И при этом приняла самое деятельное участие в работе на конференции и ответила на все вопросы. Меня она вообще была очень рада была видеть и мы за чаем потом обсудили, как нам усовершенствовать наше сотрудничество с СК Воронежской Области. Человек за 3 года, сколько мы заочно были знакомы, не отказала мне ни разу ни в чем. Вот хоть ночью позвони, если речь идет о ребенке. Всех поднимет. На таких энтузиастах в профессии все и держится.
Порадовали сотрудники института МВД. Не смотря на свои должности и погоны, подходили и советовались, обсуждали свои научные работы, предлагали делиться и обмениваться как научными, так и оперативными данными.
Вывод такой - Воронежская правоохранка вообще не боится сотрудничать с НКО и всячески это приветствует.
