— Вы не из Ли Юэ? Наверное, из Фонтейна. — Он кивает..:

— Это так. — …и не может не улыбнуться от облегчения — все еще мерещится некогда присущая лиюэйцев подозрительность к его фигуре. То было на первых порах: многим пришлось не по нраву — сродни предательству заложенных Рексом Ляписом традиций, — что иностранец помогает душам лиюэйцев обрести покой; как такое возможно, если этот человек чужой нам? Нёвиллет лишь улыбался — мягко и терпеливо: помогал покойным с привычным усердием и утешал близких умершего так деликатно, с таким пониманием и состраданием — словно бы каждый умерший был личной трагедией, — что его приняли; его мягкая натура завоевала доверие.