Иррациональные порывы и эмоциональные состояния - вот, что нами движет. Мы не можем понять логику своих действий, но объяснять причины поведения других людей готовы с большим удовольствием. В том числе и психически больных.
В отношении неоспоримого психоза мы удивительно терпимы - объяснение безумных вещей собственно безумием снимает любой вопрос. В отношении же неочевидных фактов мы, напротив, демонстрируем удивительную прозорливость. Слишком многое в поведении больного приписывается притворству. Любая мало-мальски видимая выгода или то, что мы в принципе можем объяснить "психологически", приводят к неизбежному заключению: он притворяется, он смеется над нами.
А объект наших выводов будет не против - он десятилетиями издевается над всеми здоровыми тем, что улыбается сам с собой, громко читает вслух цикл своих статей о родинках, говорит противоположные вещи в одном предложении. Он также может выявить свою душонку тем, что начнет смеяться в неподходящий момент, бить полузнакомых людей за то, что они склоняют его к материализму и так далее. Кроме этого, апатичного и эмоционально холодного пациента можно назвать лентяем. И он будет почти не против.
"Я лишился своей основы", " Мое Я - всего лишь зритель", "Мысли живут своей жизнью", " Моё я настолько до конца стерлось, что появилось какое-то вторичное ощущение моего я" - это самоописания пациентов с начинающей разворачиваться шизофренией. Переживание отчужденности от человечества, переход в иное существование. У такого пациента два пути - либо фундаментальное ничто, либо мир бредовых идей.
И, рассматривая причины заболевания с самых разных точек зрения - биолога, морализатора, раздраженного родственника, философа - может мы просто хотим успокоиться?
Психоз и болезнь - это невыносимые факты, это вечные знаки человеческого бессилия, в их проявлениях нет "психологических" причин, как их практически нет и в жизни здоровых людей.
В отношении неоспоримого психоза мы удивительно терпимы - объяснение безумных вещей собственно безумием снимает любой вопрос. В отношении же неочевидных фактов мы, напротив, демонстрируем удивительную прозорливость. Слишком многое в поведении больного приписывается притворству. Любая мало-мальски видимая выгода или то, что мы в принципе можем объяснить "психологически", приводят к неизбежному заключению: он притворяется, он смеется над нами.
А объект наших выводов будет не против - он десятилетиями издевается над всеми здоровыми тем, что улыбается сам с собой, громко читает вслух цикл своих статей о родинках, говорит противоположные вещи в одном предложении. Он также может выявить свою душонку тем, что начнет смеяться в неподходящий момент, бить полузнакомых людей за то, что они склоняют его к материализму и так далее. Кроме этого, апатичного и эмоционально холодного пациента можно назвать лентяем. И он будет почти не против.
"Я лишился своей основы", " Мое Я - всего лишь зритель", "Мысли живут своей жизнью", " Моё я настолько до конца стерлось, что появилось какое-то вторичное ощущение моего я" - это самоописания пациентов с начинающей разворачиваться шизофренией. Переживание отчужденности от человечества, переход в иное существование. У такого пациента два пути - либо фундаментальное ничто, либо мир бредовых идей.
И, рассматривая причины заболевания с самых разных точек зрения - биолога, морализатора, раздраженного родственника, философа - может мы просто хотим успокоиться?
Психоз и болезнь - это невыносимые факты, это вечные знаки человеческого бессилия, в их проявлениях нет "психологических" причин, как их практически нет и в жизни здоровых людей.