эстакада
на крепких высоких опорах сознание красуется:
через варолиев мост провели эстакаду.
от лобной доли к гипофизу - по одной улице
и к мозжечку, где от кофе скрипят в зной цикады.
есть пара клеток без крестиков в ноября пяльцах,
но юный снег уже под чешуей абразивов.
о приближении зимы гудит Черная пятница
и новогодние скидки во всех магазинах.
под эстакадой, что строилась несколько месяцев,
с треском бетона опоры расходятся порознь,
и на проезжую часть выливается месиво
мыслей.
так застилает дорогу рассыпчатый оползень.
срыв остановлен пластинами, сплавами, пластырем,
газетчиков рой выясняет детали, последствия,
сысли, причины погрома, отправились в странствие
(скорей, обратились, со слов очевидцев, в бегство).
стрелки кружат на запястьях, как диски под слоем шин,
время свершает свое непрерывное дело:
снова в продаже бумажный пакет «С наступающим»,
снова целуются пары в кино под омелой.
и продолжают существовать разум и тело.
декабрь 22
на крепких высоких опорах сознание красуется:
через варолиев мост провели эстакаду.
от лобной доли к гипофизу - по одной улице
и к мозжечку, где от кофе скрипят в зной цикады.
есть пара клеток без крестиков в ноября пяльцах,
но юный снег уже под чешуей абразивов.
о приближении зимы гудит Черная пятница
и новогодние скидки во всех магазинах.
под эстакадой, что строилась несколько месяцев,
с треском бетона опоры расходятся порознь,
и на проезжую часть выливается месиво
мыслей.
так застилает дорогу рассыпчатый оползень.
срыв остановлен пластинами, сплавами, пластырем,
газетчиков рой выясняет детали, последствия,
сысли, причины погрома, отправились в странствие
(скорей, обратились, со слов очевидцев, в бегство).
стрелки кружат на запястьях, как диски под слоем шин,
время свершает свое непрерывное дело:
снова в продаже бумажный пакет «С наступающим»,
снова целуются пары в кино под омелой.
и продолжают существовать разум и тело.
декабрь 22