В бытность свою в Берлине я однажды щемяще соскучилась по родной, посконной кухне: ужасно захотелось bortschsha и vinegretа.
К счастью, в трех минутах от моего дома удачно располагался ресторан русской кухни под названием Datcha, что как бы намекало на логичное изобилие искомых блюд.
Зайдя внутрь, я обнаружила вполне симпатичный позднесоветский интерьер, на старом примнике играла Belovezchskaya puschsha, а официанты были традиционно одеты в белые переднички.
Меню вселяло надежду русскими названиями и манило скорее окунуться в знакомый с детства вкус. Заказав желаемое, я принялась ждать, сглатывая слюну.
Наконец, еда была торжественно принесена и водружена на стол: bortschsh почему-то был светло розового цвета и изобиловал горохом, а с тарелки vinegreta из-под огромного салатного листа, присыпанного слайсами соленых огурцов, приветливо выглядывал фалафель.
С расстройства пришлось купить в ближайшем магазине водку и пить ее из мыльницы.
К счастью, в трех минутах от моего дома удачно располагался ресторан русской кухни под названием Datcha, что как бы намекало на логичное изобилие искомых блюд.
Зайдя внутрь, я обнаружила вполне симпатичный позднесоветский интерьер, на старом примнике играла Belovezchskaya puschsha, а официанты были традиционно одеты в белые переднички.
Меню вселяло надежду русскими названиями и манило скорее окунуться в знакомый с детства вкус. Заказав желаемое, я принялась ждать, сглатывая слюну.
Наконец, еда была торжественно принесена и водружена на стол: bortschsh почему-то был светло розового цвета и изобиловал горохом, а с тарелки vinegreta из-под огромного салатного листа, присыпанного слайсами соленых огурцов, приветливо выглядывал фалафель.
С расстройства пришлось купить в ближайшем магазине водку и пить ее из мыльницы.