Бюро

Направление Медведева на похороны Хаменеи в Иран — важный знак сохранения близких связей между Тегераном и Москвой на фоне неудачной американо-израильской интервенции. Россия, пусть и весьма ограниченно, но смогла оказать военную и разведывательную поддержку ИРИ, что, безусловно, было оценено персами.

В отличие от далеко расположенной и неустойчивой Венесуэлы, Иран обладает гораздо более серьезным значением, будучи ценным военно-техническим партнером, пускай и без формального обозначения союзнических взаимоотношений. Конечно, удачное сопротивление внешней агрессии нельзя считать исключительно следствием российской помощи.

Однако и умалять ее было бы неверно. Объемы оказанного содействия по понятным причинам остаются неизвестными, но оно было и было не номинальным, чего уже достаточно для России, сконцентрированной на основном ТВД на Украине. Сохранение Ирана в качестве составной части широкой международной коалиции, противодействующей Западу, — уже большое достижение.

После относительной стабилизации обстановки по мере политико-дипломатического урегулирования не исключено возобновление интенсивного сотрудничества. Причем не только в плане обороны, но и энергетики, учитывая последние трудности, с которыми сталкивается РФ из-за дальнобойных ударов со стороны Киева. В общем, не самая заметная, но позитивная динамика.

Тем временем к концу подходит заключительный президентский срок Эмманюэля Макрона. Хотя его полномочия официально прекратятся в мае 2027 года, де-факто гонка за статус преемника лидера Франции стартовала уже сейчас.

Социология, а также формальное парламентское большинство говорят о том, что наибольшей популярностью обладают правые из "Национального объединения" Марин Ле Пен. Однако сама она, скорее всего, не будет баллотироваться в этот раз, несмотря на два выхода во второй тур в прошлом.

Дело в админресурсе — за последние годы Елисейский дворец старательно давил на националистов через различные уголовные и административные дела, обвиняя их то в мошенничестве, то в экстремизме. В результате Ле Пен официально получила запрет на участие в электоральных кампаниях, который она до сих пор пытается оспорить в суде, что, впрочем, маловероятно.

Таким образом, на авансцену "Национального объединения" вышел наследник Ле Пен и ее протеже — Жордан Барделла. Молодой, харизматичный и сильный организатор с мигрантскими корнями (что особенно нестандартно для правого кандидата), Барделла уверенно оформился в качестве главного представителя нового поколения внутри партии.

Он стремится избавиться от слишком противоречивой риторики в той же манере, в которой в свое время Ле Пен отходила от радикализма своего отца. Так, по украинскому вопросу Барделла, отбиваясь от многолетних обвинений в пророссийскости, выражает гораздо более комплиментарную Киеву позицию.

У левых, сразу следующих за "Национальным объединением", изменений гораздо меньше — их, скорее всего, вновь поведет на выборы престарелый Жан-Люк Меланшон. Повестка, пускай и опираясь на определенную поддержку в обществе, достаточно радикальная: принудительное перераспределение доходов, новые налоги, промиграционная политика. В международном измерении, однако, очень лояльная России тональность — против прокси-войны через Украину и за выход из НАТО.

При этом главная интрига — способность либерально-центристской коалиции Макрона консолидироваться и вывести в свет адекватный вариант сменщика действующего президента. В конце концов, Макрон обычно выдвигал малосубъектных технократов без особых амбиций, часто тасуя колоду на фоне постоянных политических кризисов в стране. Делал он это, кстати говоря, довольно искусно, так что списывать со счетов адаптивность режима еще рано.

Но если истеблишмент все-таки не успеет заявить убедительную креатуру, то крайние левые и правые полюса с большой вероятностью схлестнутся во втором туре. Тем не менее ожидать каких-то резких изменений французской позиции в ближайшее время не стоит. Во-первых, еще не до конца ясен итог конкуренции, а, во-вторых, сам Макрон никуда не делся. И чем ближе будет подходить его отставка, тем он будет чувствовать себя свободнее в плане дирижирования европейских эскалационных шагов или же, напротив, возобновления попыток выйти на диалог с Москвой.