Анна Старобинец — «Переходный возраст»
Когда вспоминаю об этой повести, у меня словно муравьи под кожей проползают. Всего пара часов чтения, а психологическая травма на годы вперёд.
🪓 Я вроде нормально отношусь к боди-хоррорам, да и в подростковом теле я бывал (гусары, молчать!), но физиологичность «Переходного возраста» слишком запредельна.
На первый взгляд вы не увидите ничего страшного. Обычные пубертатные взбрыкисы, в которых Максим начинает замыкаться в себе, толстеть, вонять и покрываться прыщами. Его мама с папой разводятся, в школе его недолюбливают, и он всё время пишет в свой дневник и жрёт сладкое. Ещё бы Amatory слушал — и был бы полный комплект подростка в России нулевых.
🪓 Прочитав дневник, мы пройдём от «буду вистьи днивник я уже нималинкий скоро иду в школу. максим 6 лет» до записи, сделанной в 16 лет: «Меня уже почти не осталось», и, знаете ли, путь вам не понравится, но вызовет восторг.
В каждой строчке ты чувствуешь выматывающий подвох — кошмар в уголке глаза, который никак не удаётся поймать, отчего деревенеет всё тело.
🪓 Управляя страхом через отвращение, повесть делает обычные тинейджерские проявления гротескно буквальными. Максим, как многие подростки, начинает много есть, но у Старобинец это быстро перестаёт быть просто заеданием.
Он ворует и зашивает сладости в подушку, где они превращаются в «липкий вонючий комок» с белыми червями. И кто знает: густой затхлый запах, особенно сильный рядом с кроватью, — это просто очередной способ отстоять право на свою комнату или…
👁 В общем, к концу истории вы физически начнёте чувствовать гниющую слизь чего-то инородного внутри себя. А возможно, даже услышите тот же голос, что и Максим.
Я не жалею, что прочёл. Жалею только, что этой мерзости хватило всего на повесть.
#отзыв
Когда вспоминаю об этой повести, у меня словно муравьи под кожей проползают. Всего пара часов чтения, а психологическая травма на годы вперёд.
🪓 Я вроде нормально отношусь к боди-хоррорам, да и в подростковом теле я бывал (гусары, молчать!), но физиологичность «Переходного возраста» слишком запредельна.
На первый взгляд вы не увидите ничего страшного. Обычные пубертатные взбрыкисы, в которых Максим начинает замыкаться в себе, толстеть, вонять и покрываться прыщами. Его мама с папой разводятся, в школе его недолюбливают, и он всё время пишет в свой дневник и жрёт сладкое. Ещё бы Amatory слушал — и был бы полный комплект подростка в России нулевых.
🪓 Прочитав дневник, мы пройдём от «буду вистьи днивник я уже нималинкий скоро иду в школу. максим 6 лет» до записи, сделанной в 16 лет: «Меня уже почти не осталось», и, знаете ли, путь вам не понравится, но вызовет восторг.
В каждой строчке ты чувствуешь выматывающий подвох — кошмар в уголке глаза, который никак не удаётся поймать, отчего деревенеет всё тело.
🪓 Управляя страхом через отвращение, повесть делает обычные тинейджерские проявления гротескно буквальными. Максим, как многие подростки, начинает много есть, но у Старобинец это быстро перестаёт быть просто заеданием.
Он ворует и зашивает сладости в подушку, где они превращаются в «липкий вонючий комок» с белыми червями. И кто знает: густой затхлый запах, особенно сильный рядом с кроватью, — это просто очередной способ отстоять право на свою комнату или…
👁 В общем, к концу истории вы физически начнёте чувствовать гниющую слизь чего-то инородного внутри себя. А возможно, даже услышите тот же голос, что и Максим.
Я не жалею, что прочёл. Жалею только, что этой мерзости хватило всего на повесть.
#отзыв