Зачем 81-летний французский мэтр украл ботинок на лекции, и как это меняет мой подход к терапии?
Г̲е̲ш̲т̲а̲л̲ь̲т̲ ̲г̲е̲ш̲т̲а̲л̲ь̲т̲у̲ ̲р̲о̲з̲н̲ь̲. Разные школы делают упор на разные аспекты подхода: калифорнийская - на индивидуализм, французская - на полевую парадигму. Что касается российской школы, мне кажется, общий взгляд всё ещё формируется, но я часто слышу про клинический, деятельностный и инструментальный аспекты. Это, видимо, связано с нашей историей и наследием Выготского, Зейгарник и Леонтьева. Подход, конечно, трансформируется, но пока я вижу это так.
Ж̲а̲н̲-̲М̲а̲р̲и̲ ̲Р̲о̲б̲и̲н̲. Несмотря на то, что ему за 80 лет, он прилетает в Стамбул и учит очень живо: может сесть кому-нибудь на колени или шутя украсть ботинок. И материал от этой экспрессии запоминается лучше. Такая живость вдохновляет и разбивает стереотип о том, что старость ограничена только физическими возможностями и угасанием желаний.
К̲о̲л̲и̲ч̲е̲с̲т̲в̲о̲ ̲к̲о̲н̲с̲п̲е̲к̲т̲о̲в̲.̲ Я исписал 93 страницы всего за три трёхдневки. Для формата, где большая часть обучения - это практика, объём действительно внушительный .
Р̲а̲з̲н̲и̲ц̲а̲ ̲в̲ ̲п̲о̲д̲х̲о̲д̲е̲ ̲и̲ ̲с̲р̲е̲д̲е̲. В России меня учили достаточно близко к тому, чему обучают в IFGT, но мои коллеги и «сиблинги» по учёбе всё равно сильно отличаются. Насколько я знаю, именно в полевой парадигме на сегодняшний день у нас работают около 100 человек. И это ощущается совершенно по-другому. Полевая парадигма переносит фокус с отдельного человека на пространство МЕЖДУ людьми. Мы смотрим не только на то, "что с вами не так", а на то, что происходит в ваших отношениях с миром прямо сейчас - в том числе прямо в кабинете со мной.
М̲н̲о̲г̲о̲я̲з̲ы̲ч̲и̲е̲ ̲и̲ ̲к̲о̲н̲т̲е̲к̲с̲т̲.̲ Я против глобализма и за культикультурализм. Поэтому учиться на французском и общаться на английском с коллегами из самых разных стран - это то, что меня искренне радует.
С начала моей практики терапевтический процесс сильно изменился: я стал больше опираться на контакт между мной и клиентом. Стал больше замечать, как именно мы взаимодействуем, как клиент действует и каково ему быть с кем-то, на кого он влияет и с кем существует в моменте «здесь и сейчас».
Г̲е̲ш̲т̲а̲л̲ь̲т̲ ̲г̲е̲ш̲т̲а̲л̲ь̲т̲у̲ ̲р̲о̲з̲н̲ь̲. Разные школы делают упор на разные аспекты подхода: калифорнийская - на индивидуализм, французская - на полевую парадигму. Что касается российской школы, мне кажется, общий взгляд всё ещё формируется, но я часто слышу про клинический, деятельностный и инструментальный аспекты. Это, видимо, связано с нашей историей и наследием Выготского, Зейгарник и Леонтьева. Подход, конечно, трансформируется, но пока я вижу это так.
Ж̲а̲н̲-̲М̲а̲р̲и̲ ̲Р̲о̲б̲и̲н̲. Несмотря на то, что ему за 80 лет, он прилетает в Стамбул и учит очень живо: может сесть кому-нибудь на колени или шутя украсть ботинок. И материал от этой экспрессии запоминается лучше. Такая живость вдохновляет и разбивает стереотип о том, что старость ограничена только физическими возможностями и угасанием желаний.
К̲о̲л̲и̲ч̲е̲с̲т̲в̲о̲ ̲к̲о̲н̲с̲п̲е̲к̲т̲о̲в̲.̲ Я исписал 93 страницы всего за три трёхдневки. Для формата, где большая часть обучения - это практика, объём действительно внушительный .
Р̲а̲з̲н̲и̲ц̲а̲ ̲в̲ ̲п̲о̲д̲х̲о̲д̲е̲ ̲и̲ ̲с̲р̲е̲д̲е̲. В России меня учили достаточно близко к тому, чему обучают в IFGT, но мои коллеги и «сиблинги» по учёбе всё равно сильно отличаются. Насколько я знаю, именно в полевой парадигме на сегодняшний день у нас работают около 100 человек. И это ощущается совершенно по-другому. Полевая парадигма переносит фокус с отдельного человека на пространство МЕЖДУ людьми. Мы смотрим не только на то, "что с вами не так", а на то, что происходит в ваших отношениях с миром прямо сейчас - в том числе прямо в кабинете со мной.
М̲н̲о̲г̲о̲я̲з̲ы̲ч̲и̲е̲ ̲и̲ ̲к̲о̲н̲т̲е̲к̲с̲т̲.̲ Я против глобализма и за культикультурализм. Поэтому учиться на французском и общаться на английском с коллегами из самых разных стран - это то, что меня искренне радует.
С начала моей практики терапевтический процесс сильно изменился: я стал больше опираться на контакт между мной и клиентом. Стал больше замечать, как именно мы взаимодействуем, как клиент действует и каково ему быть с кем-то, на кого он влияет и с кем существует в моменте «здесь и сейчас».