Солнце, бьющееся об снег, слепит глаза и заставляет щуриться, в попытках увидеть знакомую фигуру. И он видит её. Младший прячет нос в пушистом шарфе, что когда-то послужил подарком. А ещё он прячет румянец на щеках, толи от холода, толи от вида бежащего Коли на встречу. Светловолосый в свою очередь бежит с растрепавшийся косой, с паром изо рта и без шапки. Щеки красные-красные, а на лице улыбка во все тридцать два. Глаза чуть слезятся от уж больно яркого света. Федор никогда не видел более живых и ярких глаз...
Мысли с желанием щёлкнуть Гоголя по носу за подобное отношение к своему здоровью убегают, как только его обнимают при встрече. Как только звонкий голос вновь заполняет все мысли.
Дым от сигарет давно не заполняет стены небольшой квартиры. Федор уже, как несколько лет подряд курит лишь на балконе, несмотря на погоду и усталость. И пока тот снимает один пушистый тапок, прислоняя ступню к другой ноге, дабы хоть как-то согреть, за спиной слышится скрип. Младший жмурится, склоняя голову вниз, да сбрасывая пепел с конца сигареты. Тот уже мысленно готовит себя к лекции о вреде подобных зимних посиделок на балконе с сигаретой в зубах. Яновский не спешит, двигается зевая, да еле перебирая ноги. Он встал лишь от отсутствия явно нужного "атрибута" под боком, для сна и жизни в целом, уже зная куда тот убежал. Он не раз ещё скажет о том, чтобы Федор курил на кухне, а не мерз здесь. Но тот отмахнется под предлогом "тебе не нравится их запах". Вместо этого на плечи лишь падает пушистый плед, а следом и тяжёлая голова.
Смешки, смазанные поцелуи в шею и извинения за очередную выкуренную сигарету.
Пристальный взгляд излюбленных глаз заставляет тревожиться. Мужчина поджимает губы, но своего, ответного взгляда не сводит. А хочется, хочется утонуть в ночи, забыв глупый и раздражающий диалог, что он сам и начал. А слабый, чуть осипший голос не перестает литься из чужих уст. Не перестаёт тревожить его и ночью.
Образы не дают мне уснуть...
И пока в руке сжимается тонкая ткань пижамных штанов, рука в очередной раз проходится по горящим, когда-то влажным щекам. Он стонет от боли и кусает безобразные губы, зная, что он в очередной раз пройдется на ощупь до кухни, заставленной кружками от выпитого чая.
Он не спал около нескольких дней. Он спустится по стене, прижавшись к ней спиной.. и просидит так ещё около полу часа в ненависти к своим мыслям и действиям, пока с окон будет видеться лишь тусклый свет от фонарей и звёзд. Пока тому не ударит что-то в голову, что-то заставляющее накинуть на растянутую футболку пальто и бордовый шарф, нелепо завязанный наспех.
Хлопок двери и быстрые шаги, он бежит меж лифта по лестницам, хотя так ненавидит это дело. Хотя, так не любит бегать и выходить на улицу полу раздетым. Потому что не хочет болеть, заставляя тем самым его лишний раз беспокоиться. Распахнутая дверь подъезда и Федор пугается. Пугается хруста снега и человека напротив него. Кажется, он ещё никогда не чувствовал себя на столько нелепо, кажется, он улыбается и уже двигается вперёд под таким...пристальным взглядом.
А снег хрустит под ногами, пока брюнет стукается лбом об чужую ключицу, пока теплые руки спустя лишь пару секунд начинают поглаживать спину, пока Коля не смеет и дышать под сбитое дыхание Достоевского.
— Ты простудишься, пойдем домой.
#достогоголи
Мысли с желанием щёлкнуть Гоголя по носу за подобное отношение к своему здоровью убегают, как только его обнимают при встрече. Как только звонкий голос вновь заполняет все мысли.
Дым от сигарет давно не заполняет стены небольшой квартиры. Федор уже, как несколько лет подряд курит лишь на балконе, несмотря на погоду и усталость. И пока тот снимает один пушистый тапок, прислоняя ступню к другой ноге, дабы хоть как-то согреть, за спиной слышится скрип. Младший жмурится, склоняя голову вниз, да сбрасывая пепел с конца сигареты. Тот уже мысленно готовит себя к лекции о вреде подобных зимних посиделок на балконе с сигаретой в зубах. Яновский не спешит, двигается зевая, да еле перебирая ноги. Он встал лишь от отсутствия явно нужного "атрибута" под боком, для сна и жизни в целом, уже зная куда тот убежал. Он не раз ещё скажет о том, чтобы Федор курил на кухне, а не мерз здесь. Но тот отмахнется под предлогом "тебе не нравится их запах". Вместо этого на плечи лишь падает пушистый плед, а следом и тяжёлая голова.
Смешки, смазанные поцелуи в шею и извинения за очередную выкуренную сигарету.
Пристальный взгляд излюбленных глаз заставляет тревожиться. Мужчина поджимает губы, но своего, ответного взгляда не сводит. А хочется, хочется утонуть в ночи, забыв глупый и раздражающий диалог, что он сам и начал. А слабый, чуть осипший голос не перестает литься из чужих уст. Не перестаёт тревожить его и ночью.
Образы не дают мне уснуть...
И пока в руке сжимается тонкая ткань пижамных штанов, рука в очередной раз проходится по горящим, когда-то влажным щекам. Он стонет от боли и кусает безобразные губы, зная, что он в очередной раз пройдется на ощупь до кухни, заставленной кружками от выпитого чая.
Он не спал около нескольких дней. Он спустится по стене, прижавшись к ней спиной.. и просидит так ещё около полу часа в ненависти к своим мыслям и действиям, пока с окон будет видеться лишь тусклый свет от фонарей и звёзд. Пока тому не ударит что-то в голову, что-то заставляющее накинуть на растянутую футболку пальто и бордовый шарф, нелепо завязанный наспех.
Хлопок двери и быстрые шаги, он бежит меж лифта по лестницам, хотя так ненавидит это дело. Хотя, так не любит бегать и выходить на улицу полу раздетым. Потому что не хочет болеть, заставляя тем самым его лишний раз беспокоиться. Распахнутая дверь подъезда и Федор пугается. Пугается хруста снега и человека напротив него. Кажется, он ещё никогда не чувствовал себя на столько нелепо, кажется, он улыбается и уже двигается вперёд под таким...пристальным взглядом.
А снег хрустит под ногами, пока брюнет стукается лбом об чужую ключицу, пока теплые руки спустя лишь пару секунд начинают поглаживать спину, пока Коля не смеет и дышать под сбитое дыхание Достоевского.
— Ты простудишься, пойдем домой.
#достогоголи