Просто о сложном

Давайте подумаем, какие экономические последствия такой политики администрации Трампа могут быть (если США действительно реализует все заявленные меры).

Разберем каждый пункт подробнее (p.s. эти оценки основаны на текущей информации, просто мои догадки).

1. Падение фондового рынка: Введение тарифных мер неминуемо отразится на компаниях, чья деятельность напрямую зависит от импорта или экспорта.

Компании, не способные адаптироваться к новым условиям и найти альтернативные источники сырья или рынки сбыта, неизбежно столкнутся со снижением прибыли и, как следствие, падением стоимости акций (это падение не ограничится отдельными секторами, а затронет весь рынок в целом, поскольку неопределенность и новые торговые барьеры создадут неблагоприятный инвестиционный климат).

Уже сейчас (последний месяц) наблюдается некоторое снижение рынков. Ситуация усугубляется тем, что подобные действия могут спровоцировать ответные меры со стороны других стран (с ЕС ситуация не однозначная, тут возможен блеф), что еще сильнее усложнит ситуацию для бизнеса.

2. Рост инфляции: Введение пошлин на импортные товары автоматически увеличит их стоимость на внутреннем рынке.

Это приведет к повышению цен не только на непосредственно импортные товары, но и на продукцию, в производстве которой используются импортные компоненты. Такой эффект распространится на всю цепочку поставок, вызывая общий рост инфляции.

Ну и повышение цен на товары и услуги, конечно же, снизит покупательскую способность населения, что приведет к замедлению экономического роста.

Теперь о хорошем для США.

3. Пополнение бюджета и сокращение дефицита: Введение тарифов может пополнить государственный бюджет за счет сбора дополнительных пошлин.

Параллельно с этим, сокращение государственных расходов и увольнения чиновников, объявленные администрацией, должны привести к уменьшению бюджетного дефицита (DOGE и всё подобное нужно именно для этого).

Это, в свою очередь, должно снизить необходимость в эмиссии новых денег и, следовательно, поможет сдержать инфляцию (это, опять же, лишь мои догадки, как будет в реальности никто не знает).

4. Воздействие на процентные ставки: Если успехи в сокращении бюджетного дефицита и замедлении инфляции будут значительными, это может позволить ФРС снизить процентные ставки.

А, как мы знаем, снижение ставок стимулирует экономический рост, делая кредиты более доступными для бизнеса и потребителей.

Это, потенциально, поможет смягчить негативные последствия торговой войны и предотвратить рецессию (тут многое будет зависеть от инфляционного ожидания).

5. Личная выгода и экономическое оздоровление: Нельзя не учитывать и тот фактор, что реализация этой стратегии может принести значительную личную выгоду Трампу и его окружению.

Возможно, некоторые аспекты американской экономики им действительно удастся починить.

И если все-таки перенос части производственных мощностей из Китая, Вьетнама и других стран в США осуществится, то это непременно создаст новые рабочие места и приведет к модернизации американской промышленности, но этот процесс займет длительное время и его успех не гарантирован.

Кроме того, будет высокий риск того, что положительные эффекты будут перекрыты негативными последствиями (торговые войны и рост инфляции).

На мой взгляд, для нас это хорошо: пока наши оппоненты будут бороться с дефицитом и спасать экономику своих стран, по-настоящему масштабные военные авантюры за рубежом маловероятны, и это очень позитивно для нас (насчет Ирана я не уверен).

Дональд Трамп вчера показал миру свою стратегию торговой войны.

Он утверждает, что, представленные им таблицы (РБК), демонстрируют несправедливые, по его мнению, иностранные тарифы на американские товары, требуя немедленного ответа и уравнивания условий.

Это заявление вызвало глобальную тревогу, поскольку подобного масштабного введения тарифов на импорт в США не наблюдалось с середины прошлого века. Миллиардные прибыли крупнейших мировых корпораций, чья деятельность тесно связана с американским рынком, оказались под угрозой.

Трамп представил не просто список тарифов, а тщательно срежиссированную постановку, рассчитанную на максимальный эмоциональный эффект.

Порядок стран в таблицах не соответствует ни алфавиту, ни размеру предполагаемых "антиамериканских" пошлин. Он основан на пиар-эффективности – на том, какие страны наиболее выгодно представить в качестве "виновников".

При этом цифры, указанные в качестве "несправедливых" тарифов, далеки от объективности. Они вычислены на основе дисбаланса торгового баланса между США и другими странами.

А поскольку США являются крупнейшим в мире импортёром, такой дисбаланс, где экспорт США меньше импорта, весьма очевиден.

В тех случаях, где определение "несправедливых" тарифов оказалось сложным или нежелательным с точки зрения пиара, Трамп и его команда просто указали 10% - как, например, в случае с Россией (по общему принципу базовой формулы взаимный тариф для России мог бы составить 41%.).

Фактически, конкретные цифры в таблицах – не более чем декорация, инструмент для создания визуальной иллюзии и объяснения населению и миру неизбежных экономических трудностей. Трамп как бы говорит всем, что придется потерпеть.

Эти трудности, по словам Трампа, являются необходимой ценой для достижения главной цели – возвращения Америки к былому величию.

Кроме того, администрация Трампа стремится к ослаблению курса доллара США.

Логика здесь очевидна: более слабый доллар делает американский экспорт более конкурентоспособным на мировом рынке, одновременно снижая привлекательность импорта в США.

Это, по сути, та же стратегия, которую Трамп и его команда критиковали у Китая, Европейского Союза и Японии, обвиняя их в манипулировании валютным курсом для искусственного повышения конкурентоспособности своего экспорта.

Далее в статье представлено описание боевых действий с интересными подробностями и фактами. Например, про наступление украинцев на Курск:

"10 августа начальник резидентуры ЦРУ также уехал на работу в штаб-квартиру. В суматохе командования генерал Сырский сделал свой ход — отправил войска через юго-западную границу России в район Курска.

Для американцев развертывание вторжения стало существенным нарушением взаимного доверия. Дело было не только в том, что украинцы снова держали их в неведении; они тайно пересекли взаимно согласованную линию, доставив поставляемое коалицией [НАТО] оборудование на российскую территорию, покрываемую оперативным штабом [encompassed by the ops box], в нарушение правил, установленных при его создании.

Оперативный штаб был создан для предотвращения гуманитарной катастрофы в Харькове, а не для того, чтобы украинцы могли воспользоваться им для захвата российской земли. «Это был не почти шантаж, это был шантаж», — сказал высокопоставленный чиновник Пентагона.

Американцы могли бы отключить оперативный штаб. Однако они знали, что, как объяснил представитель администрации, это «может привести к катастрофе»: украинские солдаты в Курске погибнут, не будучи защищенными ракетами HIMARS и американской разведкой".

Видимо, по совету Лондона (или в групповом кокаиновом угаре) они решили поставить США ПЕРЕД ФАКТОМ, что так и так, мы идем в атаку!

Гениальная тактика ведения боевых действий, которая, конечно же, провалилась.

В основе политической и экономической жизни России лежит противоречие между двумя группами, чьи интересы довольно-таки противоположны.

Эту идею я подсмотрел у Алексея Антонова:

"1. Чиновники (и немного силовики), которые отвечают за доходы (их KPI это заработанное и сэкономленное). Плюс граждане, которые платят нормальные налоги, сами и/или из бизнеса. Все они зарабатывают деньги.

2. Чиновники (и много силовики), которые отвечают за расходы — чем больше можно потратить денег, тем им лучше. Плюс граждане на социалке, которые платят налогов по-минимуму, или не платят вообще. Все они тратят деньги".

Успех первых напрямую зависит от экономического благополучия страны, от устойчивости финансовой системы и от стабильного притока налоговых поступлений.

Их цель – процветание страны, выраженное в сбалансированном бюджете и экономическом росте, что обеспечивает платежеспособность государства и социальную стабильность.

Успех вторых измеряется масштабом реализованных проектов, часто не связанных с долгосрочным экономическим развитием.

Для второй группы грандиозные, имиджевые проекты являются крайне привлекательными, так как обещают значительные финансовые потоки и расширение сферы влияния.

В отличие от первой группы, которая сосредоточена на долгосрочной перспективе и финансовой устойчивости страны, вторая группа ориентирована на краткосрочные выгоды и впечатляющие, но часто иллюзорные, результаты.

Если первая группа потерпит неудачу, страна столкнется с финансовым крахом, гиперинфляцией, или другими тяжелыми экономическими последствиями.

И вторая группа неизменно будет обвинять первую в некомпетентности и неспособности управлять государством, перекладывая ответственность за собственные промахи.

Россия функционирует в условиях постоянного противостояния между этими группами, стремящимися к противоположным целям.

Это противостояние лежит в основе многих политических и экономических проблем страны и затрудняет реализацию долгосрочных планов развития.

А объяснение этих тонкостей большинству населения очень не простая задача (и скорее всего бесполезная), что позволяет второй группе весьма успешно манипулировать общественным мнением и добиваться своих целей, часто в ущерб долгосрочному процветанию страны.

По предварительным оценкам, сохранение текущего курса рубля к доллару может привести к недополучению государством почти двух триллионов рублей.

Заложенный в федеральном бюджете на 2025 год курс доллара составлял 96,5 рубля.

С начала 2025 года российская валюта демонстрирует значительное укрепление (примерно 83 рубля к доллару).

Кто-то связывает такое укрепление с переговорами России и США, хотя такая причинно-следственная связь выглядит крайне сомнительной.

Ведь российский рубль фактически изолирован от мировой валютной системы, торговля долларом на официальном уровне ограничена, а курс формируется, по сути, на основе закрытых данных крупнейших банков страны, работающих под определенным контролем.

Возникает резонный вопрос: почему Центробанк и правительство не предпринимают более решительных мер для стабилизации ситуации и упорядочивания функционирования банковской системы?

Многие экономисты считают, что за укреплением рубля стоят интересы отдельных лиц или групп, заинтересованных в большой прибыли от операций с ОФЗ.

Именно приобретение ОФЗ по дешёвому рублю может быть главной целью, ради которой позволяют укрепляться рублю, несмотря на колоссальные потери государственного бюджета.

Видимо, кто-то решил хорошо заработать на ОФЗ, другого объяснения я тут не вижу.

Акции. Россия или США?

Если рассматривать динамику двух показателей - индекса Московской биржи и индекса S&P 500, то можно увидеть разрыв между ростом индекса Московской биржи на 3000% с 1996 года и ростом S&P 500 на 940%.

Разбирающиеся читатели сразу же могут возмутиться, сказав, что в одном случае ты инвестируешь в рублях, а другом - в долларах. А рубль постоянно обесценивается к доллару, тем самым и получаются эти 3000%.

Хорошо, тогда давайте для более объективного сравнения учтем изменения валютного курса. Для такой оценки доходности российских акций в долларах используется индекс РТС.

Но даже с учетом этого корректирующего фактора, индекс РТС долгое время превосходил S&P 500 по темпам роста, уступив ему лишь недавно, в августе 2024 года (скорее всего не надолго).

Почему же "неэффективные", по мнению многих, российские компании демонстрируют более высокую доходность, чем высокотехнологичные американские гиганты?

Ответ кроется в структуре российской экономики: Россия является одним из крупнейших мировых экспортеров нефти и газа.

Процветание энергетического сектора напрямую влияет на динамику российского фондового рынка.

Например, период с 2001 по 2008 год демонстрирует яркий пример этой связи.

Цены на нефть за это время выросли почти в восемь раз, что привело к значительному росту индекса РТС и увеличению разрыва между ним и S&P 500, где как раз в это время начали лопаться доткомы.

Российский рынок демонстрирует повышенную чувствительность к геополитическим и экономическим потрясениям, это видно по резким спадам во время крупных событий.

Причина такой волатильности кроется, прежде всего, в решениях российских властей, направленных на защиту национального суверенитета, а не на развитие фондового рынка.

Стоит не забывать про эффект низкой базы (когда впечатляющие темпы роста того или иного индикатора объясняются его крайне низким стартовым показателем). Компании США наоборот довольно сильно переоценены.

Россия в начале нулевых выходила из нищеты и корректнее сравнивать два эти индекса, начиная с 2008 года, и тогда, разумеется, индекс S&P 500 будет выше. Но я хочу донести немного другую мысль.

Российский рынок на низах (об этом, кстати, писал тут). Риски выше, но чем они выше, тем выше и прибыль.

Сейчас многое будет зависеть от политической ситуации в стране (урегулирование конфликта на Украине и дальнейшая повестка власти).

Хочется уточнить, что успех же на фондовом рынке, будь то российском или американском, зависит не от слепого следования трендам и покупки "чего попало", а от тщательного анализа и выбора отдельных компаний.

Инвестирование – это не лотерея, а вдумчивый процесс, требующий понимания бизнес-модели компании, её финансового положения, стратегии развития и готовности руководства делиться прибылью с акционерами.

Успешный инвестор должен уметь прогнозировать перспективы развития компании и оценивать соответствующие риски.

Если применять подобный подход, то на российском фондовом рынке можно обнаружить достаточно привлекательных компаний с хорошим потенциалом для роста.

Давайте разберем выступление Президента России Владимира Путина на съезде РСПП 18 марта.

Президент четко обозначил новый этап в экономической стратегии страны.

Его ключевой посыл заключался в следующем:

Санкции — это не временные или точечные меры, это механизм системного, стратегического давления на нашу страну. И как бы ни складывалась обстановка, какой бы ни была система международных отношений, у наших конкурентов всегда будет стремление сдержать нашу страну, ослабить её экономические и технологические возможности.

Санкции, ограничения — это реальность существующего сегодня нового этапа развития, в который вошёл весь мир, вся мировая экономика. Глобальная конкурентная борьба обострилась и приобретает всё более изощрённый и при этом непримиримый характер.

В. Путин ясно дал понять, что "как прежне" уже не будет.

Он подчеркнул, что мир вступил в новую фазу развития, характеризующуюся обострившейся глобальной конкурентной борьбой, которая не ограничивается экономическими санкциями.

Она пронизывает все сферы взаимодействия, от технологического сотрудничества до информационного пространства. Более того, сама природа этой конкуренции изменилась, став гораздо более жесткой и бескомпромиссной, чем прежде.

Многие в России, возможно, питают иллюзии относительно скорой отмены санкций и возвращения к старому порядку вещей.

Владимир Владимирович прямо опровергает эти ожидания.

Он отметил, что желание вернуться к досанкционному периоду – это в значительной степени обманчивая ностальгия по временам, когда Россия была гораздо более зависима от внешних игроков, значительно более уязвима к внешнему давлению и менее самостоятельна в ключевых областях.

Эта зависимость, хотя и казалась удобной в краткосрочной перспективе, оказалась в конечном итоге контрпродуктивной, превратившись в инструмент давления со стороны западных стран.

Например, если на российский рынок вернется Boeing, то это неминуемо затормозит развитие собственного авиастроения и создания отечественных двигателей.

Аналогично, полное возобновление доступа к системе SWIFT остановит создание независимой российской платежной инфраструктуры, лишив страну важнейшего элемента суверенитета в финансовой сфере.

И, допустим, массовое возвращение импортной одежды (брендов) на рынок подорвет усилия отечественных производителей, которые стараются адаптироваться к новым условиям и заниматься восстановлением отечественного производства.

Конечно, можно сказать, что сейчас наши продукты на голову слабее западных аналогов, но если мы сейчас вернемся к активному использованию импорта, то отечественный рынок опять встанет и заглохнет.

Этого допускать нельзя.

Сейчас необходимы качественные улучшения в производстве товаров и услуг, отечественных продуктов, которые смогут наравне конкурировать с импортными товарами как внутри страны, так и за ее пределами (экспорт).

То есть в своем послании Президент России дал нам всем понять, что "как раньше" уже не будет, что наша задача сейчас заключается в необходимости принять реальность новой геополитической и экономической конкуренции и сосредоточиться на долгосрочной стратегии развития, ориентированной на достижение технологического суверенитета и экономической независимости.

Россия продолжит двигаться своим курсом, а многие из ограничений (которые мы уже научились обходить) останутся.

Считаю, что сейчас надо думать не о том, “когда же будет как раньше”, а о том, какой будет реальность в будущем.

⬆️
А что там на Западе?

Экономические перспективы на Западе неоднозначны и значительно отличаются от часто встречающихся упрощенных представлений, распространяемых в интернете.

Рациональный подход к выбору места жительства должен основываться на объективных экономических показателях.

То есть необходимо сравнивать уровень инфляции, безработицы, доступность трудоустройства, цены на недвижимость и, что немаловажно, затраты на её содержание и обслуживание, то есть выбирать место такое, где будешь жить хотя бы также, как привык жить тут.

Западный мир, на мой скромный взгляд, находится на пороге рецессии (если уже не в ней).

Во всем мире сейчас пожар, в котором "горят" все дома – высокая двузначная инфляция, растущая безработица, падение покупательной способности – все эти факторы создают крайне неблагоприятную экономическую среду.

Переезд в страну, экономика которой только начинает испытывать подобные трудности и не понятно, как отреагирует на такие сдвиги, представляется не самым рациональным решением, такая перспектива весьма сомнительна.

Если серьезно, то трудности, с которыми я сталкиваюсь и могу столкнуться в России, кажутся мне преодолимыми, а сам процесс преодоления воспринимается мной как интересный и полезный опыт не только в личном плане, но и для общества в целом.

В России, на мой взгляд, отдача от приложенных усилий в сфере труда или бизнеса гораздо выше, чем на Западе.

Запад – это уже сформировавшаяся система. В ее структуре вряд ли предполагаются какие-то тектонические сдвиги (особенно позитивные). Тем более там очень высокая конкуренция.

В России если ты хоть что-то делаешь хорошо, это быстро начинает развиваться и приносить деньги. В нашей стране, по сути, отсутствует долгосрочная бизнес-традиция.

У нас нет банков с вековыми историями (не берем Сбербанк, ничего общего между ним и сберкассой нет), у нас нет старых семей, которые на протяжении многих поколений владели бы определёнными бизнесами (самые старые предприниматели ведут свои дела чуть более 20 лет, так как государство у нас молодое).

В России просто другое отношение к рентабельности.

Если взять, к примеру, Швейцарию, где ключевая процентная ставка близка к нулю, то там бизнес с доходностью в 3% в год считается вполне удачным. Это довольно хорошая рентабельность для этой страны, и многие предприниматели готовы работать в таких условиях.

В России такая ситуация не приемлема. Здесь, из-за высоких рисков и неопределенностей, никто не захочет заниматься бизнесом, который приносит лишь 3-5% прибыли. Это просто неинтересно и невыгодно.

Российские предприниматели стремятся к более высоким показателям рентабельности (20-30%) и будут находить такие бизнес-идеи, поскольку конкуренция в ряде отраслей не столь велика и нет свободного движения капитала.

Мы, как люди, которые родились в этой стране, хорошо понимаем все риски и нюансы, которые сопровождают ведение бизнеса здесь, а как можно вести бизнес в Европе с маржинальностью в 3-5%, не имея, скажем, сети из ста кофеен, я вообще не представляю.

Я патриот своей страны и хочу внести свой вклад в преодоление трудностей, с которыми столкнулась Россия. Бегство за границу в сложное время – это не для меня.

Я считаю, что оставаться и жить в России – это разумное и правильное решение. Для меня это очевидный и единственный верный выбор. Я верю в будущее России и готов принимать непосредственное участие в её развитии.

Почему я не уеду из России.

Мой дом — Россия, и я не собираюсь ее покидать.

Главный тезис моего сегодняшнего поста: Россия — это отличный актив, который сейчас находится на низах (если мы рассмотрим его с инвестиционной точки зрения), с которым все плохое уже произошло, а все хорошее, на мой взгляд, у него еще впереди.

Сейчас многие видят только негатив: санкции, международная изоляция, экономический спад.

Я считаю, что мы пережили самый мощный удар, который Запад мог нанести. Все предсказанные экономические потрясения, все возможные ограничения, — они уже здесь.

Мы адаптировались, выжили, и теперь перед нами открываются новые возможности, которые ранее были скрыты за неопределённостью, а разрушительный сценарий, который прогнозировали неадекватные пустословы, не состоялся.

Я не игнорирую сложностей. Экономический кризис ощущается, безусловно. Многие люди испытывают финансовые трудности, это нельзя отрицать.

Но если сравнивать с тем, что предсказывалось: полный коллапс экономики, гиперинфляция, массовый голод – ничего подобного не произошло.

Система, пусть и с трудом, но функционирует. Это говорит о некоторой устойчивости и способности к адаптации, что внушает оптимизм.

Российская власть ведет себя максимально адекватно. Многие опасались мобилизационной экономики, возврата к коммунизму, введения жесткой идеологии, национализации бизнеса, закрытия интернета. Ничего этого не случилось. И ставку, как просили некоторые сильно задолжавшие олигархи, вниз никто не скручивает.

Власть, возможно, не идеальна, но в данном случае она продемонстрировала сдержанность и прагматизм, избегая крайних мер, которые могли бы ещё больше усугубить ситуацию.

Это свидетельствует о разумном управлении кризисом, о попытке минимизировать негативные последствия. Мы избежали множества потенциальных катастроф.

Экономические перспективы, конечно, туманны, но не безнадежны.

Санкции, хоть и болезненны, но стимулируют развитие отечественного производства, поиск новых рынков сбыта и технологическую независимость.

Это сложный, длительный процесс, который неизбежно приведёт к позитивным структурным изменениям в экономике, к появлению новых отраслей и технологий.

Конечно, этот путь сопряжён с трудностями, но он открывает новые возможности для развития. Мы видим, как российские компании адаптируются к новым условиям, находят новые пути развития.
⬇️

Часть 4. Контроль инфляции. (предыдущая часть тут).

Контроль инфляции является одной из ключевых задач для любого государства и его правительства.

Как только инфляция начинает расти, вернуть ее на прежний уровень становится крайне сложно.

Доверие граждан и инвесторов к власти существенно подрывается, когда они видят, что правительство ведет себя неадекватно или неэффективно.

В таких условиях бизнес начинает терять уверенность, а инвесторы отказываются вкладывать свои средства в активы, номинированные в валюте данной страны.

Высокий уровень инфляции разрушает экономические процессы и приводит к серьезным последствиям для всей страны.

Правительство оказывается в сложной ситуации, балансируя между необходимостью печатать деньги для стимулирования экономики и желанием сохранить ценность национальной валюты.

По итогу, печатание денег НЕ приводит к устойчивому экономическому росту.

Это можно сравнить с попыткой пробежать марафон под воздействием наркотиков. Пробежать, конечно, можно, но в конце ты, скорее всего, умрешь. Вот тоже самое с печатанием денег для государства, инфляция убьет его экономику.

Точно так же, как спортсмену необходимо тренироваться и развивать свои навыки, чтобы достичь успеха, экономике требуется время и усилия для роста.

Нельзя просто взять и напечатать деньги, ожидая, что это приведет к мгновенному улучшению ситуации.

В большинстве случаев такой подход приводит лишь к резкому росту цен, выгоду от которого получают только отдельные предприятия или группы, которые имеют доступ к государственным субсидиям и кредитам.

В условиях капиталистической экономики необходимо, чтобы неэффективные бизнесы уходили с рынка. Это естественный процесс, который способствует выживанию лучших и наиболее конкурентоспособных компаний.

Если государство будет постоянно поддерживать слабые предприятия, вливанием в них не понятно каких денег, а потом приписывать им экономический рост, это приведет к искажению рыночных механизмов и потере эффективности экономики.

Множество чиновников и бизнесменов мечтают о снижении ключевой процентной ставки, чтобы увеличить свои прибыли за счет населения. Они рассчитывают, что инфляция поднимет цены, и в результате они получат больше, а мы — меньше.

Государство должно не допускать такого перераспределения.

Поэтому пока у нас есть Эльвира Набиуллина (глава Центробанка), которая стоит у дверей ЦБ и не позволяет чиновникам и бизнесменам получить доступ к печатному станку. Благодаря ей, а также ряду других толковых экономистов наша экономика все еще находится на плаву.